Элизабет Говард - Исход

— Ничего страшного. Я просто закажу еще одно яйцо-пашот. А вам не захотелось? То есть мое первое было завтраком, а ваше может стать ранним обедом.

Оба заказали яйца, и пока ждали их, Полли перевела разговор на его квартиру, которую настоятельно требовалось обсудить.

— Почему вы выбрали именно ее?

— Ее я осмотрел первой. И мне показалось, что это то, что надо — симпатичная, маленькая, — вот я и взял ее. Вы считаете, я ошибся с выбором?

— Я считаю, что понадобится привести ее в порядок. Сколько вы готовы потратить?

— Сколько скажете.

— Нет, я серьезно.

— А как по-вашему?

— У вас есть какая-нибудь мебель?

— Те стулья. И раскладушка.

— Ну, полагаю, вам понадобится потратить триста-пятьсот фунтов на ремонт, в том числе на отопление и борьбу с сыростью. Вы заказывали техническую экспертизу?

— Нет, не заказывал.

Не задумываясь, она пошутила:

— Какой вы, однако, непрактичный!

Он вспыхнул.

— Да уж. Хуже всего то, что непрактичным людям полагается быть очень умными, или талантливыми, или что-нибудь в этом роде, а я не такой. Про меня ничего подобного не скажешь.

«И все же про него есть что сказать», — думала она, спеша на автобус, чтобы вернуться в магазин. Она знала за собой склонность сочувствовать людям, и этот человек производил впечатление достойного кандидата, однако сочувствие было далеко не первым и не единственным, что она к нему ощутила.

Его квартиру поручили ей, так как у Каспара и Джерваса хватало хлопот с отделкой трех больших номеров люкс в отеле и великолепного загородного дома, владельцы которого пожелали перенести кухни из похожего на пещеру подвала на нижний этаж.

— Вот вы ею и займитесь, милочка. Как следует попрактикуетесь, а напортачить в таком тесном курятнике у вас едва ли получится.

Через неделю, подготовив эскизы и посовещавшись с электриком и водопроводчиком, она решила, что пора снова встретиться с хозяином квартиры на предмет его согласия, и позвонила ему рано утром.

— О, отлично. Когда? — Разгоряченная разговором (так она себе объясняла), она пригласила его к себе домой на ужин. — Чрезвычайно любезно с вашей стороны, — ответил он. Судя по голосу, он очень обрадовался.

Она купила копченой пикши и накануне вечером приготовила кеджери — одно из блюд, которые ей особенно удавались, а также фруктовый салат с виноградом и бананами. Пока Клэри отсутствовала, вся квартира была предоставлена ей, так как и Невилл, проживший у них несколько недель, вернулся в школу. Она вздохнула с облегчением, поскольку Невилл был не только неряшлив под стать Клэри, но и уничтожал все съестное, что появлялось дома, загромоздил комнату Клэри ударной установкой, контрабасом, своей трубой и маленьким пианино и каждый вечер допоздна проводил нескончаемые репетиции с друзьями, что никак не способствовало ее светской жизни. Впрочем, ее и не было толком. Кристофер собирался к ней в гости, но в последнюю минуту не смог: Оливер внезапно заболел, его никак нельзя было бросить.

— У него рак, — объяснил Кристофер. — Ветеринар говорит, если операция не поможет, его придется усыпить.

Она предлагала приехать к нему на выходные, но Кристофер ответил, что сейчас ему лучше побыть одному. Она вздохнула с облегчением: от его любви к ней становилось грустно и неловко, особенно с ним рядом, и она боялась, что он начнет расспрашивать о ее безнадежной любви, и ей придется ему солгать, потому что знала: Кристофера она никогда не полюбит, а если он поймет, что у нее никого нет, в нем проснется надежда.

Джералд прибыл ровно к назначенному часу и принес ей в подарок на редкость красивый папоротник.

— Я не знал, какие цветы вам нравятся, — сказал он, — но срезанные я никогда не любил, а выбор цветов в горшках оказался небогатым. Забавно, — продолжал он, пока они поднимались по лестнице к ней в комнату, — но меня так и подмывало принести вам в подарок котенка. А потом я подумал: а вдруг у вас уже есть один. Есть?

Она сказала, что нет, но ей очень хочется.

— Только сада у меня нет.

— А, вот оно что. Еще один недостаток Лондона: нет садов, негде погулять кошкам.

— Садов полно, но не там, где ваша квартира.

— Правда? Лондон я почти не знаю. Так вы любите кошек? Насчет этого я не ошибся?

Она рассказала ему про Помпея, как любила его, а он — про котенка, который был у него в семь лет, как он всегда спал в его постели и ездил с ним на велосипеде, сидя в корзинке.

— И что с ним стало?

— С ней — это была кошка. У нее появились котята, а потом, пока я был в школе, родители усыпили ее.