Валерий Верхоглядов - Соло для одного

— Интересная история, — сказал Шалавин. — У тебя этой сныти, небось, целая плантация. Заготовить бы ведерко-другое.

Алеша подбросил в топку дров, налил еще по стопке.

Спросил:

— Ты в этот феномен веришь?

— Отец Досифей, хоть и ведет подвижническую жизнь черного монаха, годами молод и нет в нем спокойствия, того самого, которое придает уверенную солидность. Он показался мне человеком пылким. О том, что мумия старца простояла в углу все безбожные годы советской власти, Досифей мог и нафантазировать. Обретение же мощей Александра Свирского — факт непреложный. Об этом писали в газетах и показали сюжет в информационной программе «Вести». Наши телевизионщики тоже там были и отсняли свой оригинальный материал. Я как-то беседовал с оператором. Он говорил, что мумифицированный старец, конечно, производил жуткое впечатление, если такой привидится ночью — проснешься от собственного крика, но кожа у него была сухая и чистая — ни единого пятнышка тления. Он же и про благоухание рассказал, которым неожиданно для всех завершился обряд.

— Ну, за чудеса, которые еще встречаются в этом мире.

Мы сдвинули стопки, выпили, крякнули, дружно подчистили миску со снытью и закурили: Алешка — пролетарскую «Приму», я — любимую трубочку, а Шалавин — сигарету с белым фильтром. Тотчас пахнуло горящей травой.

— Ты не марихуаной ли балуешься? — строго спросил Алешка.

— Да ты что, обалдел! Это же «Таволга». Сигареты без табака. Вот, смотри.

Он достал из нагрудного кармана пачку цвета пересохшего болота.

— Безопасность дыма по содержанию смолы и канцерогенов проверена методом прокуривания и подтверждена заключениями испытательной лаборатории Российского Онкологического научного центра РАМН, — прочитал Алешка. — Неплохо устроились ребята — за перекуры деньги получать. Тут и состав заменителя табака приводится. Сказано, что это смесь душистых трав, а именно: хвоща, птичьего горца, мяты, пустырника, подорожника, чебреца, эвкалипта. Что? С каких это пор эвкалипт стал травой. Та-а-ак… Где выпущено данное изделие? Ага, вот здесь обозначено: Владимирская область, город Покров. Жизнь по обыкновению полна чудес. А вы — святые старцы, нетленные мощи. Вот настоящее чудо: «товар обязательной сертификации не подлежит». Поняли? И не сигареты это вовсе, а «травяные ароматизированные палочки», которые, как утверждается, «приятно освежают воздух». Не тратился бы ты, Серега, на ерунду, крутил бы козьи ножки из веников. Вот скажи, ты зачем куришь?

— Чтобы не выделяться в компании. Все курят — и я курю.

— Не ври! Человек так устроен, что ему всегда нужно выделиться. Это в нем природой заложено. И ты такой же. Когда у меня Нинку отбивал, и джинсы попсовые прикупил, и серьгу в ухо вставил, и вальс танцевать научился, книжки стал читать, журнальчики — лишь бы Нинка на него внимание обратила. И увел ведь. Я даже не понял — как. А теперь ко мне париться приехал!

— Мужики, мужики, кончайте, — сказал я. — Какие-то дурацкие счеты. Разве можно сравнивать прыщавую девицу, оставшуюся в далеком прошлом, и предстоящую парную? Были у нее прыщи-хотимчики? Ну?

Это «ну» я сказал ехидным голосом «папаши Мюллера» — Броневого.

— Были, — сказал Алешка.

— Так о чем жалеешь? О чем грустишь? Она бы тебя, молодого, интересного, на себе женила, и маялся бы до сих пор в браке с «бэшницей». Ты благодарить Серегу должен. Он беду от тебя отвел, Матросовым на амбразуру лег. И вообще, проверь, как там, в парной. Сколько градусов нагнало?

Все еще сердито сопя, Алешка приоткрыл дверь в парилку — оттуда пахнуло пустыней.

— Екарный бабай, мы тут старые болячки ковыряем, а баня давно готова!

Пригнувшись, как под обстрелом, он нырнул в парилку и весело заблажил оттуда:

— Ни фига себе накочегарил! Ухи в трубочки крутит!

Выскочил, вспотевший.

— Быстро-быстро строиться и на полок марш! Форма одежды — веник! Шалавин, кончай корчить из себя бедную Лизу. Это не ты меня тогда, а Митька тебя сегодня спас, а то бы я тебе еще и морду для порядка начистил. Знаю, какую амбразуру ты искал.

Весело тараторя всю эту ерунду, Алешка стал быстро раздеваться. Я молча последовал его примеру. Чуть помедлив, начал неторопливо разоблачаться и Шалавин.

Мы совершили три захода в парное пекло.

После первого чуть отдышались в Мальчишеском зале, сделали по паре глотков пива и снова нырнули в очистительный жар.

После второго, как есть голышом, побежали купаться, благо, озеро было рядом. Неласковая холодная вода теркой прошлась по раскаленной коже, Алешка от удовольствия гоготал, как весенний гусь, Шалавин напоминал красную каракатицу, себя я со стороны не видел, но, полагаю, что выглядел не лучше.