— И все пустые? — удивился Бурдюков.
— Да. — Доктор остановился у одной из матовых рамок, украшающих стену. Сдул пыль с нижней части. — А лет двадцать назад здесь было полно народу.
Он нажал на кнопку под рамкой, и она осветилась, полупрозрачный, из нее выдвинулся речной обрывистый берег, дерево склонило ветви, дымка поплыла над водой. Максим Андреевич провел сквозь пейзаж рукой, и рамка, порябив, погасла.
— Ничего не работает, — пожаловался доктор. — Я удивляюсь, как это здание еще стоит. В прошлом году было два пожара, там, наверху.
Бурдюков поднял глаза, силясь проникнуть разумом сквозь толщи перекрытий.
— Туда можно забраться?
— Можно, — кивнул Максим Андреевич. — Только зачем?
— Посмотреть.
— Там не на что смотреть.
Некоторое время они пустыми, покинутыми коридорами шагали молча. Слева и справа то и дело обозначались кабинеты, двери некоторых были распахнуты, демонстрируя неприглядные внутренности в обрывках свисающих проводов и разбитых, осыпавшихся панелей. Заглянув в один, Бурдюков подумал о том, что отсюда, скорее всего, тащили все, что может пригодиться в хозяйстве. Он и сам бы, наверное, что-нибудь прихватил. Хотя бы целую плитку с пола. Грязь всегда можно отмыть, а плитка…
Бурдюков вздрогнул, вспомнив настоящий, жуткий вид своей квартиры.
— В моем доме также, — сказал он.
Максим Андреевич, любопытствуя, сунул голову в комнату.
— Все ободрали, — скривился он. — Но у вас не так. У вас изначально была голая коробка.
— Почему?
— Потому что — зачем тратиться, когда можно сделать так, что любое помещение без удобств и мебели будет представляться вам дворцом?
Бурдюков нахмурился.
— И давно это?
— Лет пятнадцать. Я расскажу.
Они миновали забитый столами отрезок с узкой щелью прохода, дальше, составленные друг на друга, ножками вверх, вдоль стен потянулись стулья. Стульев было очень и очень много.
— Мы подходим, — сказал Максим Андреевич, — глядите, пожалуйста под ноги, не наступите на стекло.
— Здесь что-то разбили? — спросил Бурдюков, высоко поднимая ногу и выбирая место для следующего шага.
В полутьме коридора едва можно было разобрать, где смутно белеют осколки.
— Это для безопасности, — непонятно объяснил доктор.
Метров пять они шли очень аккуратно.
— Я здесь устроил что-то вроде лагеря, — сказал Максим Андреевич. — За поворотом сейчас будет растяжка.
— Что?
Бурдюков осознал смысл слова, когда нога его наткнулась на натянутую поперек коридора проволоку, а в стороне, за стеной, сигналя, громко забрякали друг о дружку привязанные железки.
— Простите.
Максим Андреевич махнул рукой.
— Ничего. Зато кое-что проверим.
Он шагнул к двери, спрятавшейся в нише. В руке у него появился вполне обычный ключ. Он провернул его в замке.
— Тихонько, — сказал доктор еле слышно и приложил палец к губам.
Первая комнатка была пуста, ободрана до штукатурки и представляла из себя тамбур, примыкающий к большему помещению. Несколько шагов — и тонкие двустворчатые двери чуть слышно скрипнули, впуская Максима Андреевича и Бурдюкова в светлый зал, простроченный солнцем через узкие оконца.
Играла, искрилась пыль. Пахло кофе. Вытертая ковровая дорожка бежала в дальний конец. У стены напротив окон стояли четыре койки, две заправленные, две с перекрученными одеялами, еще две койки углом располагались дальше, белели тумбочки, на столе, составленном из столиков поменьше, все было приготовлено к завтраку — на четырех тарелках розовела какая-то смесь, из полных чашек тянулся вверх парок. Никого из собравшихся завтракать, правда, видно не было.
Максим Андреевич огляделся, кивнул Бурдюкову и пошел вперед, нарочито громко вбивая в пол каблуки.
— Эй! — крикнул он, подойдя к столу. — Хватит прятаться!
Ему никто не ответил.
— В целом, вы молодцы, — сказал, обращаясь в пустоту, доктор. — Но все же оставлять такие явные следы присутствия нельзя.
Он постучал по столу пальцем, вызвав дребезжание ложки в ближней чашке.
— И что?
В конце зала открылась дверь, и в проеме возник низкий худой человечек в растянутом зеленом свитере и в спортивных штанах. Голос у него был тонкий и скрипучий.
— Не выливать же кофе? С таким трудом нашли.
— А то, что вы поневоле своим столом выдали как число скрывающихся здесь людей, — назидательно произнес Максим Андреевич, — так и то, что далеко убежать отсюда вы не могли, вам не пришло в голову?
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу