Тара Конклин - Последний романтик [litres]

Рене замотала головой.

– Нет, спасибо, – сказала она.

До дому было четыре квартала на восток, потом три на север, вверх по холму, второй дом направо. Брат и сестры ждали ее. Нони не выходила уже пять дней. Или шесть?

– Думаю, ты должна сесть. Думаю, ты хочешь сесть ко мне. Давай. Ты хорошенькая, тебе кто-то говорил об этом? Я люблю хорошеньких. – Его голос звучал почти убаюкивающе. Но за его словами Рене расслышала нечто большее, какое-то наэлектризованное стремление. Нужду. Первые капли из крана, который только-только начинает протекать.

Рене больше не смотрела на мужчину. Она подтянула лямки рюкзака, засунула руки поглубже в карманы и ускорила шаг. Машина ехала вровень с ней.

Потом она не могла вспомнить, почему решила побежать. Что-то щелкнуло, химическая реакция, неуловимый инстинкт, осознание, что она в опасности.

Рене очень хорошо бегала. Она была создана для бега по пересеченной местности. Она любила его свободу, возможность прыжков и наклонов. И сейчас она рванула с места, представляя себе, что это кросс, неровный тротуар и скользкие листья, прыжок с бордюра на дорогу и обратно. Рюкзак молотил по ее спине, холодный воздух обжигал легкие. Она повернула на бегу, и машина тоже повернула, визжа тормозами. Все было как в кино, нереально, ненормально. Она слышала, как машина резко затормозила, и, обернувшись, увидела, как мужчина открывает дверь и выскакивает на дорогу. Он был ниже, чем она ожидала, тощий, кроме круглого живота, который торчал под его белой рубашкой. Его волосы были гладкими и темными, как машина. Он был похож на учителя или банковского клерка, совершенно безобидный с виду. И он погнался за ней.

Рене бежала быстрее, она нырнула в один двор, перебежала его, затем – в другой. Ей надо было остановиться и постучать в любую дверь, конечно, она должна была сделать именно это. Потом она будет месяцами, даже годами думать, почему она этого не сделала, но в тот момент, когда она бежала, ей казалось невозможным приблизиться к этим закрытым парадным дверям, к теплому свету этих окон.

Во время бега дыхание вырывалось из ее рта струйкой белого пара. Позади она слышала шаги мужчины, его тяжелое резкое дыхание. Окна одного дома были темными, – Хантеры уехали из города на чью-то свадьбу, – и она свернула туда. Во двор, вокруг дома, назад, на задний двор, который был похож на их старый двор в желтом доме. Качели, квадратная песочница, лужайка с клумбами, которые теперь были укрыты в ожидании зимы. Иногда Рене оставалась посидеть с близнецами Хантеров, девочками с темными кудряшками. Она любила играть с ними во дворе в любую погоду.

Сейчас Рене искала, где можно было бы спрятаться: под качелями, за сараем. Она скорчилась позади низенькой пластиковой горки, стараясь стать как можно меньше. Невидимой. Мужчина, тяжело дыша, вбежал во двор. Замедлил шаг, остановился. Рене поняла, что отсюда нет выхода. Мужчина осматривал двор, водя глазами. Как много времени ему понадобится? Двор был мал. Конечно, он найдет ее.

Человек из машины схватил Рене за руку и вытащил из-под горки. Она повернула голову и – бац! – он ударил ее, кулак скользнул по левой части головы. От удара она потеряла равновесие. Как получилось, что он уже оказался поверх нее? Ее рюкзак раскрылся, ручки, наклейки, ластики разлетелись по всей лужайке. Записка от подружки Дон, сложенная, как звездочка.

– Не смей убегать от меня, – говорил мужчина. – Никогда больше не смей от меня убегать, поняла? Я тебя найду. Я непременно тебя найду.

Рене боролась с ним, но он держал ее руками за плечи, и он был сильнее. Он дышал ей в лицо.

– Я н епременно тебя найду, – снова и снова повторял он, и слюна брызгала ей в лицо, в глаза. Ей было больно, и она моргала, моргала, стараясь прочистить глаза.

И тут она услышала голос Джо:

– Рене! Рене!

– Джо! – попыталась крикнуть Рене, но не смогла. Тяжесть мужчины давила ей на грудь, на живот, и она не могла сказать ни слова, но она увидала его, Джо, своего брата. Он стоял у мужчины за спиной.

– Отвали от нее! – произнес Джо. Он прорычал это, и Рене никогда раньше и никогда впредь не слышала такого звука.

Он сильно пнул мужчину ногой, и еще раз, и еще, он пинал его, словно перед ним была запертая дверь, которую Джо пытался высадить. В свои десять лет Джо был ниже мужчины, но заметно сильнее в результате всех своих бейсбольных тренировок. И на нем были бейсбольные шиповки с железными шипами. Еще пинок, и Рене больше не придавливал вес мужчины.