Тара Конклин - Последний романтик [litres]

Предложение Кэролайн показалось мне, мягко говоря, нелепым – я, в пригородном поезде в будний день, в час пик, с коробкой, полной котят и их толстой, злобной, спящей матерью, но я не хотела, чтобы Кэролайн передумала. Сестре должен был кто-то помочь, и этим кем-то была я.

– Ладно, – согласилась я. – Я это сделаю.

– И еще одно, – сказала Кэролайн с робкой улыбкой. – Прочти мне стихотворение, которое ты написала для Джо и Сандрин?

– Правда? – спросила я. Она весь день была такой небрежной. Да еще, ко всему прочему, насколько я знала, Кэролайн никогда в жизни не прочла ни одного стихотворения, не говоря о моих. – А разве уже не поздно? Тебе не надо ехать?

– Нет, еще нет, – сказала она. – Ты же знаешь, я не смогу прийти к Джо на праздник. А я хочу послушать это стихотворение.

Налетел ветер, подняв волосы вокруг моего лица. Я ощутила дрожь неловкости и смущения, оставшуюся со времен юности и всех ее робких желаний. Казалось бы, смешно, что мне все еще так нужно одобрение моих сестер, но это было так.

– Ты потрясающе выглядишь, – сказала Кэролайн, глядя на меня. – Я тебе говорила? Такая сильная и красивая. Пожалуйста, прочти мне стихи. Правда. Я так хочу их услышать.

– Ладно.

Вытащив из сумки исписанный листок, я встала перед Кэролайн. Она присела на шаткую ступеньку крыльца, дерево потрескивало, когда она пыталась усесться поудобнее. Это был новый дом ее семьи – с пошатнувшимся крыльцом, изящными перилами, облупившейся краской того же оттенка, что и лиловая сердцевина морских раковин. Острая крыша башенки и ее скаты, изогнутые, как полумесяцы, выделялись на фоне синего неба.

– Кэролайн, он правда похож на замок, – сказала я. – Честно.

Она перестала ерзать.

– Я готова. Читай.

– Оно называется «Он и Она», – начала я.

Когда я читала стихотворение, вдруг каркнула ворона, и ветер совсем утих, так что Кэролайн могла расслышать каждое слово. В конце моя сестра захлопала и сказала: «Фиона, это прекрасно! Джо очень понравится».

В день празднования помолвки Джо у Рене было суточное дежурство в приемном отделении. Она специализировалась в трансплантационной хирургии, но Джайпа, ответственный дежурный, позвал ее подежурить, потому что ему не хватало народа. Как студент-медик, Рене всегда любила работать в приемном, работа была грязной, срочной, быстрой – во всем противоположной трансплантации, так что она сказала: «Конечно, Джайпа», но если она не уйдет ровно в семь, чтобы успеть на помолвку брата, то Джайпа будет иметь дело с его невестой.

– Обещаешь? – спросил Джайпа; он раньше уже видел Сандрин. – Звучит привлекательно.

Первые десять часов смены были напряженными – огнестрельное ранение, два сердечных приступа, три сломанных ноги, шизофреник, забывший принять лекарство, но потом Рене даже умудрилась поспать пару часов на шаткой резидентской кушетке. Она проснулась, съела бейгель, выпила кофе, и последние часы дежурства прошли относительно спокойно. Ей оставалось полтора часа до конца смены. Попискивали сердечные мониторы, скрипели тапки медсестер. Внешние стеклянные двери распахнулись, вошли два парамедика, обсуждая последний бейсбольный сезон. Они смеялись. Рене зевнула.

Всю предыдущую неделю она уговаривала себя, что с праздником все будет нормально, а может, даже и весело, но вот в такие моменты – когда она была уставшей, ее защитный механизм отключенным, а мозг не занят наложением швов или переливанием крови, – она могла быть честной сама с собой. Нет, она не хочет идти праздновать помолвку Джо и Сандрин. Два часа изображать радость за неудачное решение Джо жениться на Сандрин Кейхилл. Два часа натужных бесед с банкирами, адвокатами и постаревшими соучениками Джо по Олдену. Два часа ответов на вопросы о своем семейном положении – нет, не замужем, нет, без детей! – и два часа отсутствия мыслей о том, что Джо должен будет всю жизнь спать на том, что сам постелил.

Или нет? Всегда было трудно сказать, чего Джо – обаятельный, любезный, беспечный Джо – хотел сам для себя. В этом-то и заключалась проблема. Рене и раньше не удавалось определить это. В колледже она не распознала симптомы и думала, что с ним все в порядке. Это просто вечеринки с приятелями, говорила она Кэролайн. А потом, внезапно и очень быстро, Джо по спирали вылетел из-под контроля.

А сестры считают, что она преувеличивает.

Вчера Кэролайн позвонила и сказала ей об этом.

– Тебе не кажется, что Фиона знала бы, если бы там было что-то не то? – говорила она.