Кристина Клайн - Поезд сирот

Рассадив всех, мисс Ларсен дергает за петельку на бечевке, и на стене раскрывается цветная карта мира. Я по ее просьбе выхожу к карте и показываю, где находится Ирландия. Вглядевшись, нахожу графство Гэлвей и даже главный город. Деревня Кинвара не обозначена, но я тру пальцем там, где она находится, – прямо под Гэлвеем, на ломаной линии западного побережья. Вот Нью-Йорк, а вот Чикаго. Вот Миннеаполис. Округа Хемингфорд тоже нет на карте.

Включая меня, в классе двадцать три ученика в возрасте от шести до шестнадцати лет. В основном это дети с ферм и из сельских домов, чтению и письму они обучаются в разном возрасте. От нас пахнет немытым телом, особенно от тех, кто постарше и уже вступил в переходный возраст. В уборной, расположенной в здании, лежит груда тряпок, несколько кусков мыла и пакет соды. Если надумаешь освежиться, говорит мне мисс Ларсен.

Разговаривая со мной, она нагибается и смотрит мне в глаза. Задавая вопросы, дожидается, пока я отвечу. От нее пахнет лимоном и ванилью. Судя по всему, она считает меня умной. Проверив мои навыки чтения, она дает мне книгу с полки над своим столом – в твердой обложке, напечатанную мелким шрифтом; называется книга «Аня из Зеленых Мезонинов» – картинок там нет; мисс Ларсен говорит, что, когда я дочитаю, мы можем книгу обсудить.

С такой разношерстной компанией ждешь хаоса, однако мисс Ларсен почти не повышает голоса. Водитель мистер Пост колет дрова, топит печку, сметает листья перед крыльцом, а еще чинит фургон. Кроме того, он преподает математику, но только до геометрии, ее он не освоил – говорит, в тот год налетела саранча, пришлось помогать на ферме.

На перемене Люси приглашает меня поиграть с другими в жмурки, пятнашки, прятки.

В половине пятого я вылезаю из грузовика и пускаюсь в неблизкий путь к хижине; иду я медленно.

Питаются в этой семье совершенно удивительным образом. Мистер Грот уходит из дома с рассветом, а потом приносит белок, диких индюшек, костлявую рыбу, иногда белохвостого оленя. Возвращается сильно после полудня, весь в сосновой смоле. В основном ему удается добыть рыжих белок, но они не так хороши, как более крупные лисовидные и серые белки, которых он называет пышнохвостыми. Лисовидные белки большие, некоторые похожи на рыжих котов. Они переговариваются и пересвистываются; он заставляет их высунуться из дупла, стуча двумя монетками, – это похоже на их говор. Серые белки самые мясистые, говорит он, но в лесу их поди увидь. Рассердившись или перепугавшись, они хрипло выговаривают: «чич-чич». По звуку он их и находит.

Мистер Грот обдирает их и потрошит в несколько движений, а потом отдает мне крошечное сердечко, печень, полоски красного мяса. Я умею готовить только баранину с вареной капустой, говорю я ему, а он в ответ: так это почти то же самое. Он показывает, как делать «галлимофрай» – жаркое из мелко нарезанного мяса, лука и овощей, с горчицей, имбирем и уксусом. Мясо нужно сперва потушить в жире на сильном огне, потом добавить картофель, овощи и все остальное.

– Считай, похлебка, – говорит он. – Что под рукой есть, все сгодится.

Поначалу я пугаюсь освежеванных беличьих трупиков: они красные, мускулистые, прямо как человеческие тела без кожи в учебнике биологии у мисс Ларсен. Однако голод не тетка. Я быстро привыкаю к вкусу жаркого из белок.

За домом находится огород, и даже сейчас, в середине апреля, там растут корнеплоды: мелкая картошка, ямс, твердокожая морковь, репа. Мистер Грот берет тяпку, ведет меня туда и показывает, как выкапывать овощи, а потом мыть под колонкой. Земля еще не оттаяла, вытаскивать овощи нелегко. Мы проводим там часа четыре, собирая жесткие старые овощи, посаженные еще прошлым летом; наконец образуется кучка этих уродливых обглодышей. Дети то выходят, то возвращаются в дом и смотрят на нас из окна кухни. Я страшно рада, что у меня есть перчатки без пальцев.

Мистер Грот показывает, как выращивает у ручья дикий рис, как снимает урожай. Рис коричневый, жесткий. Собрав его в конце лета, он сеет новые семена. Это растение однолетнее, объясняет он, то есть погибает каждую осень. Семена, посаженные осенью, весной проклевываются под водой, а потом на поверхности показываются ростки.

Летом, продолжает мистер Грот, он выращивает за домом душистые травы – мяту, розмарин, базилик, а потом сушит в сарае. Даже сейчас в кухне стоит горшок с лавандой. Странно он выглядит в этой замызганной комнатенке, будто роза на свалке.

В один из дней в конце апреля мисс Ларсен посылает меня на крыльцо за поленьями, а когда я возвращаюсь, весь класс стоит и под руководством Люси Грин поет «С днем рожденья!».