Михаил Гиголашвили - Кока

– Да, всё детство.

– Я в зоне научился… Теперь вот сижу дома и читаю по-русски, как в зоне привык… Мне Тургенев нравится, успокаивает, как музыка… Читал?

– Конечно.

– Возьми мою визитку, мало ли что, – сдвинул Нугзар бровь в сторону стола, где золотились картончики. – Тебе лучше уйти отсюда, не ждать трёх дней…

Об этом Кока тоже как раз думал: “А после трёх дней? Куда они поволокут Рыжика потом?”

Нугзар понял по глазам его мысли и совсем тихо, почти на ухо, прошептал:

– Не бойся, все живы останутся! Мне уже из Тбилиси маякнули, что семья деньги собирает, кое-что продаёт, занимает, по родственникам бегает. Через день-два человек прилетит, привезёт. Да, верно говорят, что не так страшна опасность, как страшен сам страх, – человек начинает делать ошибки… Так что ничего с этим Арчи не случится! И держись от него подальше, мой совет. Он тебя, если что, сразу продаст… А как там Какуни Мтацминдели? Я с ним в Сибири сидел, – вдруг спросил Нугзар. – Жив ещё старина?

– Да, но говорили, что ему ступню отрезали из-за гангрены. Знаком с ним издали. Он выше меня живёт, под горой, – объяснил Кока.

Нугзар поджал губы.

– Да, знаю, бывал там у него, от ресторана “Самадло” недалеко, где езидская биржа… У него уже в зоне были болячки на ногах. Кстати, хорошее средство от геморроя не знаешь? А то Сатана надоел: жрёт всякую гадость, а потом орёт в туалете.

Кока вспомнил:

– Бабушка говорила, на три литра кипятка размешать полкило соли и сесть туда задницей три раза…

– Сесть задницей в кипяток? Что-то странное… Вряд ли он согласится, – пробормотал Нугзар, отхлёбывая из бутылочки коньяк.

Сатана то гладил кошку Кесси, то руками и ногами показывал психам, какой Рыжик спокойный и хороший, как он будет в подвале тихо спать, ручки под щёчку, никаких хлопот не доставит, а если доставит, то он, Сатана, ему лично яйца отрежет и в рот засунет! И выразительно изображал, как будет это делать.

Психи изумлённо качали головами, а Ёп тихо спросил у Коки:

– Они кто вообще? Советские? Русские?

Кока не успел ответить, как Сатана взвился, услышав понятное слово:

– Что? Руссен? Я? Никогда! Переведи ему – русские Кавказ захавали! Мне мулла в зоне рассказал, как дело было. Шютки, шютки – а хэр в жэлудкэ! Русские всё захватили. Но все зоны под кавказскими! Пусть они знают! Переведи им! – Хотя вряд ли Ёп и Лудо желали вникать в тонкости воровской жизни.

И Сатана, сглотнув какую-то таблетку, начал вспоминать, как на зоне полуслепой мулла-ингуш вечерами собирал кружок, рассказывал о жизни Мохаммеда, читал в переводе Коран и тихо призывал к джихаду против неверных, говоря, что русские триста лет с Кавказом воюют, загнали в горы, равнинные осетины, кабардинцы и прочие бараны сразу легли под русских, а чеченцы и ингуши – нет! И с тех пор русские нам покоя не дают! И травили нас, и выжигали из аулов, как пчёл из гнёзд! От русских пошло пьянство и блядство! Они научили нас воровать и брать взятки – раньше за такое у нас отрубали руки! Они обрушили наши обычаи, хотели заставить забыть нашего Бога!

– Довольно! Среди русских много достойных парней! – прервал его Нугзар. – Среди них есть большие авторитеты. И они тебя не предадут, если ты сам какое-нибудь дерьмо не скушаешь. Бывает, на них затмения находят, тогда от них стоит держаться подальше, не известно, что выкинут, а так по жизни – преданные люди. Я сидел с такими, знаю! И что твой мулла говорил – не новость. Все за всё ответят когда-нибудь. А вообще: нет клыков – не раззевай пасти!

– А за Девятое апреля кто ответит? – взвился Сатана. – Моего мамидашвили [96] Двоюродный брат со стороны отца (груз.). лопатками зарубили! Это как? Хотя ты прав – есть среди них сильные парни. Вот со мной кирян Толян из Свердловска чалился… А за что? Ножницами убил ёбыря своей шалавы, труп раздел, завернул в железную сетку и бросил в реку… Лац-луц – готова рыбкам хавка!

– Зачем в сетку? – не удержался Кока.

Сатана важно поднял палец:

– А затем! Трупец будет пухнуть, раздуваться, сетка будет резать его на кусочки, и рыбы сожрут его намного быстрее.

– Хватит об этом! – остановил его Нугзар. – Ты пугаешь их своими криками. Они боятся тебя.

Рыжик жалобным голосом попросил пить. Лудо отнёс ему бутылку, а Ёп, словно только сейчас осознав, в чём проблема, великодушно предложил:

– Пусть у меня ночует, в туалет ходит. Есть кушетка… Правда, узкая…

– Вот и хорошо! – поднялся Нугзар. – Значит, договорились. Через три дня мы приедем за ним!