Майк Телвелл - Корни травы

«Tы не знаешь Ригана? Какого Ригана? Ригана-певца… Ригана, чье реггей навело такую жуть, что Вавилон убил его песню. Ригана-руди, Ригана-красавчика, танцора, от которого ни одна женщина не откажется… Ригана что-на-уме-то-на-языке, Ригана человека слова… Ригана-мечтателя, человека больших планов… Какого-такого Ригана? Ригана загадочного, о котором никто не знает, откуда он родом… Ригана опасного… потрошителя людей… Ригана укротителя даппи и устрашителя быков… Ригана, который увел женщину пастора… Ригана, которому Вавилон присудил восемь тамарисковых прутьев и который не издал ни стона… Ригана, который ничего не прячет за пазухой… Ригана, от которого все девки стонут. А, того Ригана? Йеее, того самого Ригапа… Ригана, который не дает спуску Плохому Жозе и ходит с высоким дредлоком и со святыми глазами?… А, так того самого Ригана — с ним лучше не шутить. Он алиас».

"Так этот Риган такой алиас? " — "Погоди-ка, ты, братец, не все понял? Этот Риган носит гром в руке, Риган молнию держит в кулаке. Я говорю, Риган алиас, Риган хуже, чем рак легких, опаснее, чем сердечный приступ. Риган штормовой. Он горячий, как пламя. Оу, оу, оу, я говорю, Риган штормовой… Риган никогда не знал своего отца… "

Айван слышал шепот и посмеивался. И если парни просто шептались и показывали пальцами, то девушки становились все смелее и настойчивее. Рас Петр видел все это и устало улыбался: «Женщина коварно танцует — и мужчина теряет голову. Айаа, брат мой юный, ты не победишь мир сей и не сможешь выпрыгнуть из плоти. Ты не придешь в Зайон с умом от плоти. Ты не сделаешь Вавилон своей палкой. Успокой свой дух, брат. Успокой дух».

«Я научил всему молодца этого! — хвастался Плохой Жозе. — Все, что вы видите в нем, — моих рук дело». Кому тут возражать? Времена всегда тяжелые, а трава — всегда отдохновение. Бизнес идет отлично, торговцы живут хорошо. Вавилон для них не беда, в нем найдется место для каждого. «И все как всегда, — размышлял Жозе, — не зря ведь люди говорят, что птичка, что слишком быстро летит, пролетает мимо гнездышка».

«Еще не все решено, — настаивал Ночной Ковбой. — Се есть начало. Кто из нас понял, что брат наш облечен миссией? Кто вложил ему в руки орудие?»

Рас Петр, как всегда, прав. Как бы там ни было, но Айван в то воскресенье, когда он ездил куда-то и что-то там с ним произошло, получил хорошую взбучку. На лице следов не осталось, но последствия видны невооруженным глазом. Мне он так и не сказал, ни куда ездил, ни что с ним там случилось. Только весело смеялся и говорил: «Бог мой, встретил я американских наяманов, дредлоки отпустили даже. Курят все ганджу и одежду не надевают». И всякий раз, когда он это говорит, бедняжка Ман-Ай смеется, пока кашель не начинает его душить.

И Ман-Ай всякий раз спрашивает: «Расскажи еще раз, что американские наяманы делают?» Айван становится очень серьезным, ни капли смеха. «Бвай, — говорит, — как что делают, козла того доят». Даже Рас Петр вместе со всеми смеется.

Но если по-честному, перемены эти в Айване — к лучшему, но за остальное я не ручаюсь. Хорошо то, что он стал больше времени с Ман-Аем проводить. Ведь, если честно, мальчик не давал ей ни отдыха, ни передышки, цеплялся за нее всякий раз, когда Айвана не было, а не было его почти все время. А сейчас Ман-Ай очень полюбил проводить время с Айваном под деревом манго, когда Айван отрывает его от школьных занятий и рассказывает странные истории о Рас Менелике, Осу Туту, Короле Премпехе, Куако, Куджо, о Бабушке Нанни, королеве-матери марунов, о маялманах и обэаманах с такими удивительными именами, как Бамчиколачи, и с еще более удивительной силой. Ничего подобного в доме пастора не рассказывали, даже Рас Петр иногда приходил послушать вместе с сыном и одобрительно кивал. Ман-Ай до бешенства доводил се своими вопросами: «А куда пошел дядя Айвам? А когда придет дядя Айзан?» Так или иначе, а в эти часы Айван пребывал в мире с самим собой. Забавно, но бизнес идет у них очень хорошо и со здоровьем у Ман-Ая тоже получше. Они почти забыли, что значит быть голодным. А так Айван не знает покоя, не считая тех часов, когда он забывается в своих рассказах, и тогда в глазах его мягкий свет и мечтательность, а голос такой спокойный. Кажется, он очень доволен тем, что мальчик ему радуется.

Но в остальном все по-другому, глаза его сверкают, и кажется, что даппи скачут на нем и не дают ни минуты покоя. Айван то здесь, то там, постоянно в движении. Он ездит куда-то за травой, то и дело просит Рас Петра открыть ему свои секреты, как нарезать и смешивать траву, чтобы это шло на пользу их бизнесу. Но на черный день ничего не оставляет. Как деньги приходят к нам — так и уходят. Айван много времени проводит в клубах и кинотеатрах. Эльза уверена, что он связывается с этими девчонками в мини-юбках и коротких шортах. Он не заставляет ее больше так одеваться и ходить вместе с ним в клубы. Она совершенно не одобряет подобный стиль жизни. Но у Эльзы нет против него никаких доводов. Она так ему и сказала: «Айван, ты прекрасно знаешь, что я в этом образе жизни ничего не нахожу. Если тебе что-то надо, иди и ищи. Я буду ждать, когда ты вернешься домой — если вообще вернешься». На том мы и успокоились.