Элис Сиболд - Почти луна

В тот день со скульптурой, высоко воздетой на керамической тарелке, я нагнала его на пути от передней двери к спальне.

— Он понравился ей? — спросил Джейк.

На нем был свитер из регенерированной шерсти поверх водолазки и, как мне было известно, поскольку каждое утро я наблюдала в темноте, как он одевается, невидимые слои футболок и длинного нижнего белья. Перед тем как войти в дом, он всегда первым делом снимал ботинки, но его нижняя половина по-прежнему была облачена в старые военные штаны из магазина армейских излишков и гигантские шерстяные носки, на вид колючие, точно кактусы. А между ними и влажными, размягченными зимой ступнями обязательно надевались вторые носки. На руках он ничего не носил и клялся, что, по мере того как они привыкают к морозу, он несомненно становится все более проворным, способным проводить все больше часов на улице и выполнять все более тонкую работу.

— Конечно, он ей понравился, — ответила я, не желая признавать то, что было так очевидно, — что каждый ребенок, даже боязливый, влюбился бы в животное, слепленное из грязи и найденное у подножия относительно чистого туалета.

Он повернулся ко мне. Его щеки были все время красными в тех местах, где ветер пробирался под шерстяную шапку, низко надвинутую на брови, и шарф, завязанный над кончиком носа. Глаза, немного слезящиеся с непривычки к радиаторному теплу дома, показались мне водянисто-голубыми.

— Ничего другого я и не хотел для нее. Лишь бы она засмеялась, столкнувшись носом к носу с той штукой.

Я не могла сказать, что ревную не к своему ребенку, а к вещам, которые он начал делать, не могла заставить себя умолять его продолжить рисовать меня.

Он стащил все нижние слои футболок и термобелья одновременно и бросил их на постель, затем проследовал в ванную включить душ. Полностью одетая, я забралась вслед за ним в душевую кабинку.

— Что ты делаешь, Хелен? — спросил он, смеясь.

— Трахни меня, — попросила я.

Я не думала о том, что происходит со мной. Я начала гоняться за мужем, как некогда гонялась за матерью, по пятам, девочка-тень, пытающаяся быть тем, кем, как я считала, они хотели меня видеть.

Джейк перевалил через «лежащего полицейского» перед самым выездом из передних ворот Уэстмора.

— Сядь и поговори со мной, — сказал он. — Я знаю, ты не спишь.

Я уперлась рукой и села, как если бы была на уроке йоги и выходила из на редкость удачной позы трупа.

Он поймал мой взгляд в зеркале заднего вида.

— Итак, после того как ты задушила свою мать, ты решила соблазнить сына Натали? Такой был порядок?

— Да.

Джейк покачал головой.

— Так ты еще и с детьми трахаешься.

— Ему тридцать.

— Что ж, моей — тридцать три, — откликнулся он.

— Твоей?

— Ее зовут Фин.

— Фин? Что еще за имя?

— А что поделаешь, если ее назвали Финеас в честь отца и сократили до Финни. Она работает в художественном музее Санта-Барбары.

— Какая она?

— Может, о чем-нибудь другом поговорим?

— Например, о тюрьме? — предположила я.

— Или о том, что мы скажем Саре?

Он поставил машину на парковке напротив «Бургер Кинга». Рядом с магазином «Четыре угла», в котором я никогда не бывала.

— Чего-нибудь хочешь? — спросил он.

Я покачала головой.

Глядя, как Джейк придерживает дверь для молодой женщины с коляской и вторым ребенком на руках, я вспомнила, как мать дала мой номер телефона мужчине, который по весне прокладывал новые канализационные трубы.

— Я же говорила, чтобы ты никому не давала мой номер без спроса, — возмутилась я после того, как сантехник позвонил мне в третий раз.

— Твоя убогая жизнь — это твоя убогая жизнь, — ответила она. — Ты не должна так жить, если тебе не нравится.

Все было так просто. Она стояла у себя на кухне и завуалированно предлагала мне покончить с жизнью. Когда она понимала, что говорит, а когда нет?

Я гадала, какой характерный мотивчик играл в голове у отца, когда он поднял пистолет. Он упал со ступенек лицом вниз, кровь взмыла дугой и расплескалась сходящей на нет волнистой линией по всей лестнице. Он сделал это перед ней. О чем она умоляла его? Прекратить или не останавливаться? Как направляла мысли в его голове, точно постовой-регулировщик?

Я вылезла из машины и закрыла дверь. Джейк вышел из магазина.

— Сигареты, — сказал он. — Вот до чего ты меня довела. Садись.

На этот раз я села рядом с ним на пассажирское сиденье.

Он закрыл дверь машины.

— Я видел парк рядом с шоссе по дороге отсюда домой. Нам надо где-нибудь поговорить.