Ник Хорнби - Долгое падение

— Вы знакомы с Джесс Крайтон?

— С кем?

— Джесс Крайтон. Дочерью министра… министра образования.

— Я — давний друг семьи. Мы вместе встречали Новый год. Может, поэтому и возникло это довольно глупое недоразумение. Вечеринка была не по поводу суицида, а по поводу Нового года. Это две совершенно разные вещи.

Я начал входить во вкус. Мне даже было почти жаль, что я так быстро дошел до моего «пежо», который я арендовал за сумасшедшие деньги, чтобы заменить БМВ. К тому же я не знал, куда ехать. Но через несколько дней картина того дня вырисовалась: Крис Крайтон позвонил мне на мобильный и пригласил к себе на небольшой разговор. Потом с того же номера позвонила Джесс и сказала, что вечером мы встречаемся у Морин. Я не возражал. Больше мне было нечем заняться.

Прежде чем постучаться в дверь дома Джесс, я несколько минут провел в машине, приводя в порядок мысли. Последнее столкновение с разъяренным отцом произошло у меня после того, как я неосмотрительно вступил в незаконную — как оказалось впоследствии — половую связь с Даниэль (рост: метр семьдесят пять, бюст: четвертый номер, возраст: пятнадцать лет и двести пятьдесят дней — а оставшиеся сто пятнадцать дней, я вам скажу, сыграли важную роль). В прошлый раз столкновение произошло в моей квартире, старой просторной квартире на Гибсон-сквер — думаю, лишним будет объяснять, что я не звал отца Даниэль на милые посиделки, но он выследил меня одной ночью, когда я пытался прокрасться домой. Наша встреча оказалась не очень плодотворной, и не в последнюю очередь потому, что я пытался свести разговор к ответственности родителей за действия детей, а он хотел меня ударить. Я до сих пор думаю, что в чем-то был прав. Почему пятнадцатилетняя девушка нюхала кокаин в мужской уборной клуба «Мелонс» в час ночи во вторник? Но, возможно, не настаивай я на своем, он не пошел бы после этого в полицию писать на меня заявление.

На этот раз я решил постараться не прибегать к подобным аргументам. Я и так понимал, что вопрос о родительской ответственности был довольно щекотливым в семействе Крайтонов, где одна дочь пропала без вести (возможно, мертва), а вторая хотела покончить с собой (вероятно, не в своем уме). Но моя совесть была в любом случае чиста. Единственный физический контакт с Джесс у меня был, когда я уселся на нее, но никакого эротического подтекста в этом не было. По сути дела, это был самоотверженный поступок. Даже героический.

К сожалению, Крис Крайтон не был готов чествовать меня как героя. Он мне ни руки не пожал, ни кофе не предложил; меня втолкнули в гостиную и устроили головомойку, словно я был напортачившим помощником какого-нибудь депутата парламента. Оказывается, с рассудительностью у меня было не очень, я должен был выяснить фамилию Джесс, номер телефона и позвонить ему. К тому же и со «вкусом» у меня оказалось не очень — мистер Крайтон пребывал в уверенности, что появление его дочери на страницах таблоидов имеет какое-то отношение ко мне, и лишь потому, что я из тех, про кого пишут в желтой прессе. Когда я попытался указать ему на некоторые ошибки в логике его рассуждений, он заявил, что в моих рассуждениях логика отсутствует совсем. Я уже собрался было уходить, как появилась Джесс.

— Я же сказал тебе оставаться наверху.

— Да, я знаю. Но, видишь ли, мне уже немного не семь лет. Тебе кто-нибудь говорил, что ты идиот?

Он ее страшно боялся — это было видно невооруженным взглядом. Просто у него хватало достоинства прятать страх под маской обычной усталости и скуки.

— Я же политик. Меня все только идиотом и называют.

— Какое тебе дело, где я провела новогоднюю ночь?

— Похоже, вы провели ее вместе.

— Да, это случайно вышло, старый тупой ублюдок.

— Вот так она со мной и разговаривает, — сказал он таким скорбным голосом, словно я настолько давно их обоих знаю, что могу попытаться примирить.

— Вы, наверное, жалеете, что не отдали ее в частную школу?

— Простите?

— Это очень мило, что она учится в обычной школе. Но сами понимаете. Каковы затраты, таков и результат. А в вашем случае результат еще и хуже.

— Школа Джесс неплохо справляется, причем в весьма непростых обстоятельствах, — заявил Крайтон. — Когда Джесс оканчивала школу, пятьдесят один процент учащихся сдал выпускной экзамен на удовлетворительные оценки, что на одиннадцать процентов больше, чем за год до этого.

— Замечательно. Какое, должно быть, утешение для вас.

Мы взглянули на Джесс — она показала нам средний палец.