Синтаро Исихара - Соль жизни

Потом перед глазами начинает мелькать тень какой-то черной птицы, похожей на ворона. Отгоняя эту тень рукой, ты продолжаешь гонку.

Но однажды вечером я никак не мог прогнать ворона и решил схватить его рукой. Тут-то я и не справился с рулем и едва не упал в море с кромки береговой полосы в Сугиде, где тогда еще не было оградительного барьера. Одно колесо соскочило с обочины, но мне все-таки удалось выправить машину. Осознав, что произошло, я прямо там же поспал десять минут, после чего мое опьянение и заторможенность исчезли, как сон.

Спросите у любого водителя, который садился сонным за руль, и он вам ответит, что видел тень того черного ворона. А в таком случае они, возможно, знают, что смерть — вещь красивая.

В то время в Японии еще сохранялось преклонение перед иностранными автомобилями. Эпоха японских машин еще не настала. В то время я ездил на «Додже» и «TF», потом у меня появился «TR3».

В то время в Японии спортивных автомобилей не делали. Иностранные спортивные машины, родстеры, тоже были редки, и их владельцы отличались некоторым снобизмом. Когда два таких водителя встречались на улице города, они не махали друг другу рукой, но важно поднимали над рулем указательный палец и слегка нажимали на клаксон. Так они давали понять друг другу, что принадлежат к одному и тому же тайному обществу.

Однажды я поехал поиграть в гольф в Хаконэ. Когда пустился в обратный путь, уже стемнело, пошел дождь. Где-то в районе Тикасаки я обратил внимание на автомобиль, который буквально приклеился ко мне. Перед Инамурагасаки водитель того автомобиля довольно рискованно обогнал меня. У подножия холма он вдруг остановился и поднял руку, призывая меня тоже затормозить, что я и сделал.

У него, как и у меня, был родстер, «Остенхире». Водитель вышел из автомобиля — какой-то иностранец в сопровождении молодой японки. Я выглянул из окна. Иностранец с возмущением сказал: «Я за тобой долго ехал, ты водишь очень рисково. Пока я за тобой ехал, ты шесть раз нажимал на тормоз».

Надо же! Он приклеился ко мне и считал, сколько раз загорятся мои тормозные огни!

«Ты вообще не понимаешь, как ездят на такой машине!»

На дороге было темно, я дал бы ему лет пятьдесят с небольшим.

«Если садишься в спортивный автомобиль, ты можешь нажать на тормоз два раза: когда выезжаешь из гаража и когда возвращаешься. А ты…»

Похоже, что этот нахал не просто хотел покрасоваться перед своей женщиной — он действительно имел в виду то, что говорил. А может, он просто хотел облагодетельствовать, сделать приятное обладателю такого же, как и у него, родстера. В любом случае я вспоминаю ту встречу с радостью.

«Знаешь, ты мог бы мне этого не говорить. Я и сам раньше на каждом повороте вдавливал газ до пола, так что вся тачка ходуном ходила. Только моя тачка — не то, что твоя баба, она уже старуха, ей, машине, если по-людски считать, — уже за пятьдесят перевалило. Так что если на ней газовать по-прежнему, она на косточки рассыпется».

Мой собеседник расхохотался. «Ну, ладно. Может, тогда пропустим по одной?»

Мы проехали чуть дальше — в единственный по тем временам здешний ресторан «Бинасу», бросили монетку — кому платить за виски, чокнулись и расстались. Девушка у него была хоть и молодая, но не высшей пробы, самого его звали Гудмэн. Услышав его фамилию, я расхохотался.

Только в те времена на ночной дороге было возможно и такое.

И после этого я водил свой «TR3» по-прежнему — нажимая на тормоза, дерзко и с нарушением правил. Однако один случай все изменил.

В тот день я снова сидел за рулем «TR3» и направлялся в Токио. Где-то перед Кавасаки пустое такси затеяло со мной настоящую гонку. Сначала я обогнал таксиста, но потом он тут же перегнал меня. Затем я, не прилагая особых усилий, опять оставил его позади. Тогда таксист рассердился не на шутку и снова вылез вперед. Какое-то время таксист изо всех сил старался не отстать от меня и обогнать, но и я тоже вошел в раж и дразнил его, показывая, что могу «сделать» его, как хочу. В конце концов я оторвался от него, принеся таксиста в жертву — чтобы слегка пощекотать себе нервы по дороге в Токио.

Из Кавасаки я въехал в район Ода, потом через какое-то время оказался на ремонтировавшемся мосту. Половина полос была закрыта для движения. Автомобили, направлявшиеся в Токио, вытянулись в один длинный ряд и образовали пробку. Я ничего не мог поделать и пристроился в хвост. И тут рядом со мной появилось то самое такси, которое давным-давно исчезло из моего зеркала заднего вида. Этот водила не только догнал меня — он еще явно и нагло намеревался пролезть вперед. Я присмотрелся к нему — водитель находился в расцвете лет, ему было лет сорок. Он пристально посмотрел на меня и как-то грустно произнес: «А ты здорово водишь. Я давно в такси, а такого водителя, как ты, встречаю впервые».