Семен Данилюк - Милицейская сага

- У аппарата, - послышался бодрый сытый баритон.

- Здорово, начальник. Тальвинский.

- Андрюха! Вот уж кого сто лет не зрил. Неужто по моей части проблемы? Ты из наших единственный, кого еще не пользовал.

- По твоей. Только со служебной стороны. Получил привет от тебя - несколько венерических.

- Ты?! - поразился главврач. - Лучшему важняку области венерические дела? Иль мир перевернулся?

- Вывернулся. Давно, похоже, не общались. Я ведь несколько лет как в районе. Тебе фамилия Садовая что-то говорит?

- Марина! Еще бы. Сексапильная деваха... Погоди, а ты откуда?..

- Ты прислал.

- Я?! Вот бабы пакостницы. Опять подсунули на подпись целую пачку. Надо же - проглядел! Вообще-то она полностью вылечилась.

- А контакт?

- А вот контакт, каюсь, не сдала. Он у нее разовый. Там история очень романтическая. Но только между нами, ладно? У нее с мужем свои проблемы. А у кого их нет? В общем, встретила одного. Ну, и... Подлюгой оказался. Да еще и наградил. Но кто - не сказала. А я, извини, настаивать не стал. Не тот случай. У врача первое дело - деликатность.

"Нашла дуреха кому поплакаться", - хмыкнул про себя Тальвинский: болтливость главврача венерического диспансера могла сравниться разве что с Ханиной.

- Ладно, пришли завтра шпаргалку, что провокацию прошла, и дело я прекращу.

- Нет проблем, старый. Записал. Считай, уже у тебя. А что? Запал? - После тебя что западай, что не западай. Небось, оприходовал девку? Да не смущайся, колись между нами.

- Было, - голос главврача исполнился притворного раскаяния. - По-человечески не мог не пожалеть. В постели, между прочим, родео! Рекомендую.

- Слушай! - не прекращая разговор, Тальвинский сочувственно потрепал побледневшего Мороза. - Все собирался спросить: насколько знаю, из-под тебя ни одна хорошенькая пациентка нетронутой не вышла. Как это согласуется с врачебной этикой?

- Что значит "как"? - главврач даже несколько обиделся. - С этикой тут как раз все в порядке. Наоборот - должен же я убедиться в качестве ремонта, прежде чем пустить объект в эксплуатацию. Дабы не подвергать риску население. Рискую, можно сказать, собой. Просто-таки Луи Пастер.

- Тогда береги себя.

- Обрадовался, поди, скотина! Ну, будь. Кстати, минет работает, как никто!

- Еще вопросы есть? - Тальвинский положил трубку, сочувственно глянул на сделавшиеся воспаленными глаза парня. - Жаль, что в лоб пришлось. Но бывает, лучше вот так - обухом! Не стоит она твоего отношения, Виташа. Потому давай так. Ты двигай в ИВС - пора уж Меденникова в самом деле выпускать, - а с этой лярвой я тут сам разберусь. Со мной ее номера а ля миледи де Винтер не пройдут. Хоп?

- И все-таки, прошу отпустить свидетельницу, товарищ майор.

Тальвинский обескураженно потряс головой.

- Вот ведь упертый. А знаешь что? Мне все это тоже порядком надоело. Сам иди и - отпускай. Гони эту прошмандовку к чертовой матери! Раз тебе дело наше не дорого.

- Спасибо, Андрей Иванович!

- М- да! Хороший ты парень, Виталик. Кивер бы тебе, на коня и - в атаку. А вот станешь ли настоящим сыскарем, это я теперь крепко сомневаюсь. Все! Уйди с глаз моих.

Мороз вывел заплаканную женщину из отдела.

- Досталось тебе из-за меня? - Марина оторвала от лица перепачканный тушью платок.

- Я приношу извинения. Андрей Иванович, он тоже так не хотел. Просто - он ведь за Слободяном вашим какой год гоняется. Вот и сорвался. Да полно плакать. И насчет этого, как его..ну, венерического дела...Вы не держите в голове. Андрей Иванович обещал уладить. И - мужу ничего не говорите. Все-таки семья.

- А семья, как известно, - ячейка общества, - Садовая странно посмотрела на него. - Дурачок ты еще. Хотя - очень необычный. Есть в тебе аура. Она потянулась к нему. Но, уловив невольную брезгливость, нахмурилась.

- Что ж, не навязываюсь, - по лицу ее пробежала тень. - А кстати, зачем надо было меня пытать, раз уж вы вышли на Меденникова? Он-то побольше моего знает... Ну, прощайте, следователь по венерическим делам Мороз. Руку не подаю, дабы не заразить.

И, сбежав с крыльца, пошла под моросящим дождиком, даже не раскрыв болтающийся на руке зонт.

3.

Спустя сорок минут после отъезда Мороза к Тальвинскому вошел непривычно мрачный Чекин:

- Что по Меденникову?

- Да все по плану. Мороз уехал в ИВС. Проинструктировал его детально. Постановление об освобождении, подписанное мною, у него на руках. Так что не переживай: выпустим и сегодня же закроем проблему.

- Сие теперь не факт.

- То есть?!

- Галушкин опять пыль по этому делу поднял. Он, видишь ли, с утра в райком сиганул за подмогой.