Семен Данилюк - Милицейская сага

С тяжким вздохом он убрал удостоверение в нагрудный карман своей рубахи.

- Да я!.. - Муслин в запале дернулся к карману. Мороз, не меняя сокрушенного выражения лица, словно ненароком, развернул его, загородившись как барьером от оторопевших женщин.

- Ну, тихо, ты! - едва слышно процедил он. - А то я тебя сейчас положу прямо на глазах у бабья - со всем возможным чинопочитанием. То-то веселья по отделу будет!

Лишь обнаружив на зардевшемся личике достаточную степень понимания, незаметно отпустил захват. И совсем другим голосом отчеканил:

- Товарищ майор! Ваше удостоверение будет мною сегодня же передано по инстанции начальнику райотдела одновременно с рапортом о попытке противодействия сотруднику милиции при исполнении им служебных обязанностей. Если я неправ, старшие товарищи меня поправят. Быть может, мне будет больно. Уверен, кстати, что вы находились в этом кабинете в рабочее время исключительнопо делам службы.

Он небрежно кивнул на разваленные на столе десятки, которые пыталась прикрыть собой единственный отмалчивавшийся все это время человек - директор базы.

- Марина Всеволодовна, - Мороз покаянно склонил крепкую шею. - Я вас умоляю.

- Делать нечего, пойдемте, - Садовая посмотрела на директрису, которая ответила обескураженным пожиманием плечей. - Тем более защиты мне ждать, похоже, больше неоткуда.

Небрежной фразой этой добив униженного Муслина, она первой вышла из кабинета.

Раздолбанный УАЗик поджидал их у проходной.

- Куда мне здесь? Надеюсь, не за решетку? - Садовая так быстро обернулась, что увлекшийся Виталик не успел отвезти глаза от предмета своего созерцания - хорошенькой, обтянутой кожаной юбкой попки.

- Выбирайте, - пряча смущение за радушным жестом, он распахнул обе двери - переднюю и заднюю - и протянул руку, опершись о которую Голицина водрузилась рядом с водителем.

- Лейтенант! - послышалось сзади. К ним спешил Муслин.

- Отойдем на минутку, - попросил майор.

Они отошли в сторону.

- В общем, давай так. Мы оба погорячились. Наверное, и я был не до конца прав. Ты все-таки и впрямь при исполнении, - Муслин хмуро разглядывал свою начищенную обувь. - Так что предлагаю - разбежаться и забыть. Как?

- Без проблем, товарищ майор, - Виталий протянул ему отобранное удостоверение и сел в машину.

- Чего- чего, а как раз проблем у тебя теперь хватит, - пробормотал Муслин. Так, как сегодня, его давно не унижали. Унижать - это была привилегия его должности.

- Вернул? - догадалась Садовая. - Ну, и дурачок. Теперь он тебя сожрет.

Виталий и сам жалел, что так легко разрядил ситуацию, - больно недобрым взглядом провожал машину замполит Красногвардейского райотдела майор Муслин.

2.

- Товарищ майор, гражданка Садовая по вашему пору... - с показной лихостью начал рапортовать от порога Мороз, но , оглядев пустой кабинет, посторонился, пропуская доставленную. - Похоже, вышел. Прошу, Марина Всеволодовна, присаживайтесь пока.

- Да, жизнь нас забрасывает, - Садовая с притворным состраданием провела пальчиком по перепачканной стене.

- Вот еще, - Мороз показал на бурый подтек на потолке, - жильцы сверху регулярно заливали служебные помещения, и райотдел годами безуспешно с ними судился. Да Вы не нервничайте - всего два-три формальных вопроса. В понедельник дело передается в суд. - Уже?! Лих Тальвинский. И Лавейкина, само собой, арестована?

- Избрана подписка о невыезде. Учитывая состояние здоровья.

- Или состояние связей. Попугали, стало быть, заблудшую овечку. И это теперь называется дело. - Вот и помогите набрать что-нибудь посерьезней! - в кабинет ввалился Андрей Иванович Тальвинский. Он стащил с себя мокрый от дождя плащ, стряхнул капли на пол, на минуту став похожим на отряхивающегося сенбернара. - Ведь не любите вы Лавейкину!

- Не люблю. За жадность.

- Неужто не поделилась?

- Оставьте свои подколы, Тальвинский. Я ими еще пять лет назад наелась. И вами, кстати, тоже. У нее в магазине девчонки, пацанки совсем работали. Только-только училище закончили. А им по мозгам: коллективная ответственность, платите на всех. А чем? На панель, что ли? Теперь жалеют: зря, мол, сами не тырили. Было б за что страдать. Воруешь - воруй, твои проблемы. Но зачем же за счет других?

- Так подскажите, откуда излишки эти свалились. Через кого. - Увольте! - Садовая презрительно повела носиком. - Не из того материала сделана. Да и - не знаю я ничего толком. Не было у Лавейкиной доверенных. Сама воровала, сама концы прятала.