Гарольд Роббинс - Торговцы грезами

Такси остановилось у входа в отель. Швейцар спустился по ступенькам и открыл дверцу.

— Завтра не опаздывайте, Далси, — улыбнулся фон Элстер. — Нам еще надо отрепетировать пару важных сцен.

Далси посмотрела на него и улыбнулась. Несмотря на внешность, этот смешной коротышка был по-своему обаятелен. Возможно, потому, что он был артистом и действительно знал свое дело. В ней проснулось любопытство.

— Еще рано, Конрад, — сказала она. — Почему бы вам не подняться и не выпить со мной? Мы можем отрепетировать сцену сейчас, и завтра у нас будет побольше свободного времени.

Фон Элстер с удивлением посмотрел на нее. «Интересно, что означает это приглашение?» — подумал он. Он знал, что обычно кроется за этим, но сейчас у него были сомнения. Она ведь новобрачная, у нее молодой привлекательный муж, к тому же очень богатый. Но ему захотелось проверить свои предположения. Если он ошибся, — он мысленно пожал плечами, — они, по крайней мере, сэкономят немного времени для завтрашних съемок, как она и сказала.

— Неплохая мысль, — сказал он.

И поднял брови, войдя за ней в ее гостиную. Столик был накрыт на двоих.

— Бар вон там, — указала она пальцем в направлении стены. — Налейте себе выпить что-нибудь. Я пока переоденусь и приму душ. Я просто умираю. Целый день торчать под софитами!

Он вежливо наклонил голову, наблюдая, как она вышла из комнаты. Затем прошел к бару и открыл дверцу. Перед ним стояла батарея бутылок. Он взял одну, снял с нее пробку и поднес горлышко к носу. Это был настоящий шнапс, как у него дома. С введением сухого закона здесь, в Америке, трудно было достать хорошую выпивку. Надо будет спросить, кто доставляет им контрабандой шнапс. Наполнив до краев стопку, он попробовал жидкость на язык. Да, прекрасно. Одним глотком он осушил стопку и налил еще. Через закрытые двери он слышал звук льющейся воды. Это подействовало на него возбуждающе. Он быстро опрокинул вторую стопку и снова наполнил ее.

Минут через пятнадцать она вернулась в комнату.

— Я недолго? — спросила она, улыбаясь.

Элстер с трудом поднялся на ноги из удобного кресла. Его лицо слегка раскраснелось от пяти стопок шнапса. Он слегка наклонил голову.

— Нет, Далси, совсем недолго.

Он уставился на нее.

Gott in Himmel! Под ее легким халатом ничего не было. Сквозь прозрачный шелк персикового цвета просвечивало тело. Она была прекрасна. По-настоящему прекрасна.

Казалось, она не замечала, что он разглядывает ее.

— Не надо вставать, — сказала она, — я принесу вам что-нибудь перекусить.

Наполнив едой две тарелки и прихватив со стола две салфетки, она направилась к его креслу.

Вручив одну тарелку ему, Далси подвинула пуфик и уселась перед его креслом, глядя на Элстера невинным взглядом.

— Теперь можно и поговорить, — сказала она весело. Она выглядела совсем как девочка со своими длинными волосами, стянутыми сзади голубой лентой.

Он посмотрел на нее. Возможно, она не замечала, что спереди халат слегка раскрылся, обнажая тело. Подвинувшись к ней, он сказал:

— Ты знаешь, что ты очень красивая женщина, Далси. И очень опасная тоже.

Она звонко рассмеялась.

— Неужели, Конрад?!

— Да. — Он торжественно кивнул. — Возможно, самая опасная из всех, кого я когда-либо знал. — Он аккуратно поставил свою тарелку на пол и положил руки ей на плечи. Наклонившись, он целомудренно поцеловал ее в лоб. — Ты в любом мужчине можешь зажечь огонь.

Он взглянул на нее, желая увидеть, какой эффект произвели его слова. Удивился, когда от легкого прикосновения его рук халат соскользнул с плеч, полностью обнажив ее тело. Но еще больше он удивился, услышав ее ответ.

— И это весь огонь, который я смогла пробудить в тебе, Конрад? — иронически сказала она, глядя ему прямо в глаза.

Джонни взглянул на часы. Сейчас уже можно звонить, она наверняка дома. Телефон зазвонил. Он поднял трубку.

— Алло?

— Междугородняя, — сообщил голос. — Вы заказывали Калифорнию? Можете говорить.

— Алло, Джонни! — послышался голос Далси. Ее голос звучал радостно и возбужденно.

— Далси! Как ты, моя дорогая?

— О, Джонни! Любимый мой! — сказала она. — Я так рада, что ты позвонил. Я так скучаю по тебе.

— Я тоже скучаю по тебе, дорогая. Все идет нормально?

— Все прекрасно, — ответила она, — но мне бы так хотелось, чтоб ты был здесь.

Он счастливо засмеялся.

— Таков уж мир кино, дорогая. Никогда не знаешь, что случится завтра. Как идут дела с картиной?

— Думаю, что все будет хорошо, но я уже жалею, что начала сниматься. Работа изнуряющая. Я настолько выматываюсь, что еле приползаю домой и валюсь с ног. — Он услышал, как она зевнула.