Дерек Джармен - Хрома. Книга о цвете

Зеленый, конечно же, цвет Венеры; и Луна, влажная и туманная – для всего влажного… и подходит для вещей, связанных с рождением, особенно для матерей. Золотой – это, конечно же, цвет Солнца, и он не чужд ни Венере, ни Флоре.

Но сапфировый мы посвящаем Юпитеру, кому он и должен быть посвящен, поэтому ляпис-лазури дан ее цвет – из-за ее живительной силы в борьбе с черной желчью. У врачей к ней особенное отношение, и она рождена при помощи золота, но не того, что содержится в золотых слитках. Поэтому она – спутник золота, так же как Юпитер – спутник Солнца. Ультрамарин имеет сходную силу, обладая сходным цветом, с небольшой примесью зелени.

Неудивительно, что церковь не любила Фичино – с его Юпитером, укравшим голубую мантию Царицы Небесной, и Венерой, забравшей зелень Евхаристии.

Христианство задыхалось, цвета уходили у него из-под ног, и неоплатоники решительно выходили из тени. В мгновение ока старая пыльная схоластика вышла из моды.

Фичино написал свою «Книгу жизни» одним солнечным летом на лугу, на открытом воздухе, а не в келье. Он был меланхоликом, но его речь наполнена хорошим юмором и смехом. Он умер в 1499 году, и вскоре его книги были забыты, но их идейное влияние невозможно переоценить.

Озеленение [38]

Всю зелень рая глаза Адама отражали?

Раскрылись ли они навстречу яркой зелени райского сада? Зеленая мантия Бога. Был ли зеленый первым цветом, который увидел человек? А после того, как Адам искупал свои глаза в зелени, взглянул ли он на голубое небо? Или погрузился в сапфировые воды райских рек? Уснул ли он под Древом Познания Добра и Зла? Усеянным изумрудной росой. Любовь была тогда зеленого цвета. В те времена, когда античная Венера, годившаяся Богу в бабушки, в ярости от того, что ее изгнали из райского сада, взяла Еву за плечо и заставила сорвать зеленое яблоко, которое привело Еву к падению. Хотя некоторые считают, что это было не яблоко, а апельсин, блестящий, словно солнце, в протянутой руке.

Она взяла плодов его и ела. И открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги, и сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания.

После того как противный новый бог вышвырнул их из садов Эдема из-за какой-то легкой закуски, они оказались в бесцветном мире. Вспомните о них, когда покупаете дюжину яблок «Грэнни Смит». На пустоши было не много цветов. В те времена Бог не послал даже радугу молящим о прощении. А если бы и послал, Адам вернул бы ее отправителю, ибо он скучал по цветному Эдему… по фиолетовому цвету фиалок и лиловому мальв, желтому цвету лютиков, лавандовому и лимонному. Змей, замаскировавшийся в ветвях дерева, был цвета зеленого камуфляжа, пыльного цвета хаки. У зеленого дьявола есть и другие имена. Он – Пан, смех которого заставлял дрожать листья, превративший нимфу Сиринксу в тростник, вздыхающий на ветру. В том старом мире любая симпатичная девушка подвергалась опасности быть превращенной в дерево. Аполлон преследовал Дафну, и та стала лавром. К счастью, у нового Бога не было такой сексуальной энергии, а иначе Адам вполне мог бы остаться с Евой в виде банана. Слишком поздно… Адам надкусил фрукт, и райский сад, как и все заброшенные сады, одичал. Полчища зеленой тли вторглись в рай, зеленый попугай выкрикивал ругательства. Сыновья Адама стали садовниками, чтобы поправить дело, но любой сад с той поры был не больше, чем один лист райского сада. «Парадиз» в переводе с персидского означает «сад». В любой земле поклоняются зеленому. Колонны египетских храмов с капителями в виде цветов лотоса были окрашены в зеленый цвет Озириса, так же как и колонны храма Юпитера в Риме. Все это было сделано во искупление убийства Адамом зеленого, когда он в ярости срубил Древо Познания, чтобы построить первый дом, и прикрыл свой срам листом смоковницы. Отсюда – прямая дорога к мертвой серости наших городских улиц, задушившей зеленые парки, словно старый змей.

В те времена когда Ксенофонт привез с востока слово «парадиз», Пракситель закрепил изумруд на нагруднике Афины. Зеленый цвет приносил мудрость. Например, скрижали Гермеса Трисмегиста были изумрудными. А долгое и трудное путешествие могло закончиться в Изумрудном городе, или в новом Иерусалиме, чьи стены из зеленого ясписа окружали изумрудный престол Господа.

«Престол стоял на небе; и радуга вокруг престола, видом подобная смарагду».

Десять зеленых бутылок на стене стояло, вдруг одна бутылка со стены упала… [39]

История садоводства – это триумф озеленителей под смех сверкающих фонтанов. Райские реки пересекают сады Альгамбры. Сады и рощи посвящены статуям старых богов и богинь. Беседки и храмы Венеры прячутся в зеленых лесах.