Джон Ирвинг - Свободу медведям

— Я слышал, как он и раньше произносил это слово, — сказал Метц.

— Ja, два года назад, — подтвердил Гортц. — Я ничего не слышу.

— Мать твою, ты был выключен! — заорал Валлнер.

— Привет! — вмешался четвертый голос.

— Бронски, — пояснил Ват моему отцу.

— Ватч? — спросил Валлнер.

— Бронски, — отозвался Бронски.

— Валлнер слышал Вата, — сообщил Метц.

— Валлнер считает, что он его слышал, — вмешался Гортц.

— Я слышал его очень отчетливо! — возразил Валлнер.

— Вата? — переспросил Бронски. — Ват где-то поблизости?

— Насколько поблизости, хотел бы я знать, — сказал мой отец Готтлибу.

— Голос звучал совершенно отчетливо, — не успокаивался Валлнер.

— Привет! — произнес последним подключившийся Ватч.

— Ватч? — спросил Валлнер.

— Да, — ответил Ватч. — Что случилось?

— Трудно сказать, — произнес Гортц.

— Мать вашу! — возмутился Валлнер. — Я и вправду слышал его.

— Кого слышал? — спросил Ватч.

— Гитлера, — съехидничал Гортц.

— Черчилля, — встрял Метц.

— Вата! — заорал Валлнер. — Ты дезертир, Ват, ты сам свинья! Отзовись, Ват!

Но Готтлиб сидел на траве и усмехался. Он вслушивался в треск мотоцикла и голос разбушевавшегося Валлнера. Его закадычные друзья отключались один за другим.

Затем откуда-то издалека донесся незнакомый Вату голос, внося сильные помехи и называя номер. И Валлнер откликнулся:

— Я слышал голос своего прежнего командира. Дезертировавшего Вата — он где-то поблизости!

И незнакомый голос что-то ответил ему.

— Нет, правда! Ват где-то тут, — произнес Валлнер.

И далекий голос сквозь помехи потребовал:

— Называйте свой номер, командир Валлнер!

И Валлнер пробубнил номер.

— Командир Валлнер, — фыркнул Готтлиб. Он и Вратно послушали еще, пока длилась трансляция, потом радио затрещало и заткнулось.

— Как ты думаешь, где они? — спросил Вратно.

— А где мы? — в свою очередь спросил Ват.

Они вместе склонились над картой. Возможно, они находились милях в пяти выше по реке Драва, у дороги на Марибор.

— Передислокация? — произнес Ват. — Может, они покидают Словеньградец? Идут на восток, сражаться с русскими? Или на север, соединяться с австрийцами?

— В любом случае передислокация, — сказал Вратно. — По мариборской дороге.

Этой ночью они снова слушали радио — в основном коды и помехи. Только после полуночи они снова услышали голос Валлнера.

— Ват? — прошептало радио. — Ты меня слышишь, Ват?

Должно быть, Гортц включился тоже, потому что он сказал:

— Хватит тебе, Валлнер, успокойся. Лучше поспи немного.

— Выруби свою рацию! — рявкнул на него Валлнер. — Может, он желает говорить только со мной.

— Так я и поверил, — произнес Гортц.

— Вырубайся! — повторил Валлнер и снова позвал шепотом: — Ват? Включайся, включайся. Черт бы тебя побрал, Ват, включайся! — И его голос потонул в помехах.

Затем неизвестный начальственный голос потребовал:

— Командир Валлнер, отправляйтесь спать. Я настаиваю, чтобы вы называли свой номер, когда пользуетесь рацией.

Валлнер изрыгнул номер и не получил ответа.

А Вратно прошептал хихикающему Готтлибу Вату:

— Только когда он будет один! Когда будешь уверен, что он один может слышать, тогда скажешь, что хочешь.

И Ват, до сих пор не прикасавшийся к ручке, переключил ее на передачу.

Немного погодя Валлнер прошептал код. Ответа не последовало.

— «Балканы-4», — прошептал тогда Валлнер. — «Балканы-4»! — И снова не получил ответа. Потом он произнес немного громче: — Ты старый хрен, Ват. Включайся!

Готтлиб ждал, не отзовется ли кто-то еще. Ответа не последовало, и Валлнер сказал:

— Ват. Ты предатель, Ват. Ты трусливый сукин сын, Ват!

Тогда Ват мягко произнес:

— Спокойной ночи, командир Валлнер, — и выключил рацию, оставив ее на приеме.

— Ват! — просвистел Валлнер. — Ва-а-а-ат! — прокричал он, после чего послышался треск помех и глухие царапающие звуки. Видимо, Валлнер снял радио с мотоцикла и сидел с ним где-то в палатке; они слышали, как хлопала ткань палатки, затем что-то издало громкий шум. Должно быть, Валлнер вынес радио из палатки, прижав, как футбольный мяч, к груди, поскольку его крики доносились откуда-то издалека, как если бы микрофон был далеко от его рта. — Он где-то поблизости, включайтесь! Включайтесь, сукины дети, и слушайте его!

Потом Гортц громко прошептал:

— Валлнер, ради бога, уймись!

И незнакомый начальственный голос потребовал:

— Командир Валлнер, прекратите немедленно! Используйте свой код или выключите радио, командир!