– Валите отсюда, – попробовал Чарли, приберегая выражения покрепче на крайний случай.
– Пошел ты в жопу, хиппи сраный, – сказал один из малолеток, и небеса словно потемнели, потому что Чарли понял, что снова неправильно оценил ситуацию и, возможно, ему снова накостыляют. Он поднял руки, словно сдаваясь:
– Слушайте, я не хочу неприятностей, – сказал он. – Просто оставьте нас в покое, ладно?
– Мне кажется, тебя стоит наказать, – встрял второй подросток, – за то, что ты трахал в кустах эту старую псину.
Оба согнулись от хохота над своей шуткой, и Чарли, ветеран множества стычек с полицией, которая не слишком отлична по сути от этих малолеток, решил не упускать удобной возможности и выбросил кулак в направлении подбородка ближестоящего бычка. Они соприкоснулись, и Чарли, вскрикнув от боли в кулаке, отскочил назад.
– Тебе тоже закатать? – спросил он второго подростка, который был страшным трусом и всегда в таких случаях прятался за приятеля.
Тот расплакался.
– А теперь валите на хер отсюда оба, ясно? – приказал им Чарли, очень надеясь, что они не заметят, как он дрожит. Подростки рванули с места рысью и были таковы. Чарли повернулся к Ромашке:
– Ну и как тебе это? – спросил он, торжествуя.
Ромашка рыдала.
– Малышка, в чем дело? Мы ведь обули этих говноедов.
Ромашке, однако, представилось то, что могло случиться, и в воображении нарисовались жуткие сцены, в которых ее и Чарли замучили до смерти двое подростков.
Всю дорогу домой Ромашка рукой нащупывала в сумке пистолет. Чарли понятия не имел, насколько близка была она к тому, чтобы достать его. Она прикинула шансы на то, что подростки убежали бы от одного вида оружия, и на то, что они могли посчитать пистолет ненастоящим и вынудили бы ее стрелять. При таком раскладе, пристрели она одного, пришлось бы пристрелить и второго, и тогда у нее остался бы только один патрон. А одного патрона ей было явно недостаточно.
«Иисусу сегодня три дня, – подумала Марта. – Интересно, а почему это отец не выходит на связь?»
У открытой двери стоял Тед, долго наблюдая за Мартой с его ребенком. Она его не замечала. Она была поглощена процессом грудного кормления и чувствовала, что нужно отточить это мастерство, чтобы достать строгую акушерку, которая пребывала в твердом убеждении, будто Марта сама кормить не умеет.
Тед почувствовал прилив нежности, глядя на них, и, если бы она не поступила с ним так подло, не сказав ему о том, что он отец ребенка, он был бы счастлив вместе с ними.
Внезапно Марта обнаружила присутствие Теда, и прежде чем она успела вспомнить неприятную ноту, на которой они расстались в прошлый раз, как почувствовала радость и невероятную теплоту к нему.
Выражение лица Теда сменилось на грозовое и определило тему их разговора на несколько следующих минут.
– Прости, Тед, – сказала Марта, – я знаю, что поступила неправильно и скрыла это от тебя, но я боялась, что если ты узнаешь, то, возможно, захочешь заставить меня сделать что-то, чего бы мне не хотелось.
– И это дало тебе право скрыть все от меня? Не думаю, что ты вообще когда-либо призналась бы, если бы я не застал тебя в день, когда он родился, – начал Тед. – Я был у адвоката и подам на тебя в суд и получу опеку над ним.
– Ты шутишь? – слегка обалдела Марта, почувствовав, как сердце ушло в пятки.
– Нет.
– На каком основании?
– На основании того, что из тебя выйдет хреновая мамаша, – сказал Тед. – Я видел твою квартиру, и многие подтвердят, что это не место для нормального человека.
– Ты, ублюдок! Да что ты вообще знаешь о моих материнских способностях?
– Я знаю достаточно. И я так же знаю, что, как правило, в таких процессах выигрывают женщины, но я собираюсь сделать все возможное, чтобы выиграть. На самом деле я даже могу связаться с твоим отцом – уверен, что он мне поможет.
– Не вздумай. Я отказываю тебе в разрешении видеть его.
– Ты что, думаешь, это какой-нибудь викторианский роман? – спросил Тед, – Неужели ты думаешь, что сможешь помешать мне увидеться с твоим отцом? Не будь идиоткой. На самом деле я мог бы нарыть на работе кое-какую информацию на тебя, и тогда я точно не проиграю. Не исключено, что у тебя проблема с наркотиками.
– Я не употребляю.
– А тебе и не обязательно употреблять, – сказал Тед, – я могу сделать так, что это будет выглядеть, будто ты употребляешь. Еще я могу сказать им, что ты воровала у меня.
– И тогда они посадят нас с ребенком в тюрьму, и ты не сможешь с нами видеться.
Читать дальше