Джон Ирвинг - Мир от Гарпа

— Парикмахерская у них по утрам всегда закрыта, — скажет, бывало, мама. — Но они мне дали адреса нескольких ближайших цирюлен. Так что все в порядке, если, конечно, у них дамский парикмахер в проспекте не значится.

— В том-то и дело, что значится, — скажет папа и сделает отметку в огромном блокноте.

Машину всегда вел я. И я же сообщал обо всех грехах, связанных с парковкой.

— Машина стояла в гараже, — докладываю я. — Мы поручили ее швейцару, а когда взяли из гаража, на счетчике оказалось на четырнадцать километров больше.

— Об этом надо сообщить администратору, — и папа опять открывает блокнот.

— Еще у них труба в ванной течет, — добавляю я.

— И дверь уборной заедает, — говорит мой брат Робо.

— У тебя вечно с уборной сложности, — откликается мама.

— Это отель «С»? — спрашиваю я.

— Боюсь, он все еще числится в классе «В», — отвечает папа.

Какое-то время мы едем молча. Перевод в низшую категорию — самое серьезное наказание, которое мы можем наложить. Но такие решения нельзя принимать, не взвесив все «за» и «против».

— Мне кажется, достаточно написать письмо администратору» — предлагает мама. — Не слишком любезное, конечно, но и не очень резкое. Просто изложить факты.

— Да, ты знаешь, он произвел на меня довольно приятное впечатление, — говорит папа. Он никогда не упускал случая побеседовать с администраторами.

— Не забудь упомянуть, что они катались на нашей машине, — говорю я. — Это серьезный проступок.

— И яйца были тухлые, — добавляет Робо. Ему тогда не было еще десяти лет, и его замечания не принимались всерьез.

Мы превратились в более суровых критиков после того, как умер дедушка, оставив нам в наследство бабушку, которая тоже стала участницей наших поездок.

Джоанна, дама томная и капризная, всю жизнь путешествовала классом «А», папе же по долгу службы приходилось в основном ездить по заведениям «В» и «С» — именно такие отели и пансионы больше всего привлекают туристов. Чуть больше нам везло с ресторанами: кто не имеет возможности ночевать в первоклассной гостинице, все-таки не хочет лишать себя удовольствия пообедать в хорошем ресторане.

— Я не потерплю, чтобы на мне испытывали сомнительную еду! — заявила нам Джоанна. — Какое престранное занятие, я вам скажу! Вас, наверное, приводят в восторг эти ваши бесплатные путешествия, но подумайте только, какую страшную цену за это приходится платить: все время тревожиться о том, как и где придется провести ночь! У американцев, может, и вызывает умиление то, что у нас еще есть номера без ванн и туалетов, но мне, старой женщине, совсем не кажется умилительным всякий раз выходить в общий коридор только затем, чтобы умыться и сходить в уборную! И если бы только это! Ведь в два счета можно подцепить какую-нибудь заразу — и не только через пищу. Если постель покажется мне подозрительной, обещаю вам, что и не подумаю ложиться спать! А дети — они ведь еще маленькие и впечатлительные. А знаете какая публика встречается в некоторых заведениях? Как уберечь их от дурного влияния?

Папа с мамой лишь кивали головой, не говоря ни слова.

— Сбавь скорость! — строго скомандовала мне бабушка. — Ты ведь еще совсем ребенок и любишь повоображать. — Я сбавил скорость.

— Вена… — вздохнула бабушка. — В Вене я всегда останавливалась в отеле «Амбассадор»…

— Джоанна, «Амбассадор» мы проверять не будем, — сказал папа.

— Да уж, куда там… — протянула бабушка. — Я полагаю, у нас по плану не значится ни одной гостиницы класса «А»?

— Вообще-то, у нас по плану класс «В», — признался папа. — В основном.

— Ты хочешь сказать, на нашем маршруте есть все-таки одно заведение класса «А»? — с надеждой в голосе спросила бабушка.

— Нет, — ответил папа, — будет одно класса «С».

— Вот здорово! — воскликнул Робо. — В классе «С» бывают драки!

— Надо полагать, — заметила бабушка.

— Это всего лишь пансион класса «С». Очень маленький, — подчеркнул папа, как будто размер мог служить каким-либо оправданием.

— И они подали заявку на класс «В», — уточнила мама.

— Да, но в их адрес есть жалобы, — заметил я.

— Само собой разумеется, — сказала Джоанна.

— На этих, как их, животных, — добавил я. Мама выразительно на меня посмотрела.

— Животные? — забеспокоилась Джоанна.

— Подозрение на животных, — поправила меня мама.

— Ты бы лучше помолчал, — вставил папа.

— Прекрасно! — воскликнула бабушка. — Подозрение на животных! Это значит — повсюду на коврах шерсть?! В каждом углу нагажено?! Да знаете ли вы, что моя астма ни минуты не позволит мне находиться в комнате, где до этого была кошка?