Джон Ирвинг - Мир от Гарпа

— О'кей, встал, я вижу. Спасибо, теперь можешь идти.

Гарп хочет коснуться ее. В страшном смущении чувствует, что вот-вот кончит, глядя на ее тело. Спотыкаясь, идет к двери и спускается вниз по ненавистной лестнице.

«Интересно, — думает он, — завершилось ли на этом ее сегодняшнее самоистязание или нет? Можно ли считать, что Данкену ничего не угрожает?»

Некоторое время Гарп колеблется: может, продолжить свою вахту до наступления рассвета? Споткнувшись в темноте об упавшую сковородку, отфутболивает ее к плите: наверху не слышно ни единого вздоха, только жалобно скулит спросонок Билл. Да, если мальчикам потребуется помощь, то миссис Ральф попросту их не услышит.

Уже половина четвертого, в доме все тихо, и Гарп начинает прибираться на кухне: надо же как-то убить время. Привычный к домашней работе, загружает грязной посудой раковину и открывает кран.

Когда зазвонил телефон, Гарп понял — это Хелен. И сразу же представил все ужасы, которые она себе вообразила.

— Алло, — сказал он.

— Может, соблаговолишь сообщить мне, что происходит?

На часах было четыре, и Гарп по тону понял, что Хелен уже давно не спит.

— Ничего особенного, Хелен, — ответил он. — Просто вышла одна заварушка, и я решил не оставлять Данкена тут без присмотра.

— А где та женщина?

— В постели, — сознался Гарп. — Полностью отключилась.

— От чего?

— Напилась. С ней был юнец, и она попросила его выпроводить.

— И вы остались вдвоем?

— Ненадолго. Она тут же уснула.

— Думаю, на такую много времени тратить не надо, — заметила Хелен.

Гарп промолчал. Он уже давно не давал Хелен повода ревновать, но хорошо помнил, какой резкой она бывает в таких ситуациях.

— Поверь, Хелен, тут ничего не происходит, — успокаивал он жену.

— Хорошо, тогда скажи точно, что ты делаешь в эту секунду, — приказала Хелен.

— Мою посуду, — ответил он и услышал, как она с облегчением вздохнула.

— Интересно, что там сейчас тебя держит?

— Не хочу оставлять здесь Данкена.

— Разбуди его, — сказала Хелен, — и идите домой. Сейчас же.

— Тебе не в чем меня упрекать, Хелен, — начал Гарп. — Я вел себя безупречно. — Последние слова даже для него самого прозвучали как попытка оправдаться: ведь полностью безупречным назвать его поведение нельзя. — Ничего такого не было, — добавил он более уверенно. Это заявление во всяком случае соответствовало истине.

— Я уж не спрашиваю, зачем ты взялся за мытье ее мерзкой посуды…

— Чтобы убить время.

На самом деле он и сам не очень-то понимал зачем. И сейчас эта его затея показалась ему самому бессмысленной: зачем ждать рассвета, как будто все несчастья случаются только ночью.

— Жду, пока Данкен проснется, — уточнил он, но тут же понял, что и в этих словах мало смысла.

— Так разбуди его, — предложила Хелен.

— Ты же знаешь, как я хорошо мою посуду, — пошутил Гарп.

— Я знаю все, что ты умеешь хорошо делать, — в словах Хелен прозвучало так много горечи, что за ответную шутку их никак нельзя было принять.

— Зачем ты так себя растравляешь? — сказал Гарп. — Пожалуйста, Хелен, выброси из головы всякие глупости. Я правда не сделал ничего дурного. — Но пуританская совесть Гарпа мучила его — ведь плоть-то его по велению миссис Ральф все-таки ожила.

— Я уже достаточно себя растравила, — сказала Хелен, смягчившись. — Пожалуйста, приходи скорей домой.

— А как же Данкен?

— Господи, да разбуди ты его! Или принеси на руках.

— Хорошо. Скоро будем дома, жди, — ответил Гарп. — И не беспокойся, не думай о всяких глупостях. Я тебе все подробно расскажу. Уверен, ты будешь в восторге от этой истории.

Конечно, всю целиком историю не расскажешь, придется хорошенько продумать, что из нее выбросить.

— Ну, слава Богу, гора с плеч, — сказала Хелен. — Пока. Только, прошу тебя, больше ничего не мой, — и она повесила трубку.

Гарп осмотрел кухню. За полчаса он, кажется, мало что успел, миссис Ральф вряд ли даже заметит его попытку разгрести авгиевы конюшни.

Какое-то время Гарп безуспешно пытался разыскать одежду Данкена среди вещей, разбросанных по гостиной; потом вспомнил, что сын, как хомячок, сначала запихивал свои вещи в спальный мешок и уж потом сам забирался в норку. Мальчик весил фунтов восемьдесят [31] Восемьдесят фунтов — Примерно 36 кг. : если даже прибавить вес мешка с одеждой, все равно он его дотащит до дому. А велосипед Данкен заберет потом. Прекрасно, что можно не будить его, а то еще, не дай Бог, устроит сцену в доме Ральфа. Откажется уходить, раскричится и разбудит миссис Ральф.