Джон Ирвинг - Мир от Гарпа

— Не смейте трогать моего Билла! — вопит миссис Ральф.

— Я хотел вам помочь, — оправдывается Гарп.

— Как можно помочь мне, делая Биллу больно? Нет, все сумасшедшие, все.

Водяной матрас поехал под Гарпом, и он падает на спину, зажмурив глаза. Такое впечатление, что он качается на волнах миниатюрного моря.

— Не представляю себе, чем можно вам помочь, — произносит он со стоном. — Мне вас очень жаль, но что я-то могу поделать? Вы хотели мне что-то рассказать? Я готов слушать, — произнес он, не открывая глаз. — Но поймите, со своими чувствами и ощущениями вы можете справиться только сами.

— Очень веселенькая мысль, — откликается миссис Ральф.

Билл дышит Гарпу в макушку. Иногда пытается лизнуть в ухо. «Интересно все-таки, Билл это, а может, сама миссис Ральф?» — думает Гарп. И в этот миг чувствует, как рука ее лезет ему в шорты. «Если я этого не хотел, тогда зачем падал на спину?» — думает Гарп, сохраняя ясность мыслей.

— Пожалуйста, не надо, — просит он.

Миссис Ральф, поняв, что секса ему не надо, убирает руку из шорт. Какое-то время оба лежат рядом. Затем миссис Ральф поворачивается спиной. Матрас начинает бешено плескаться: это Билл хочет вклиниться между ними, но миссис Ральф с такой силой тычет его локтем под ребра, что пес, зайдясь в лае, прыгает на пол.

— Бедненький мой Билл, прости меня, — миссис Ральф тихо плачет. Твердый хвост Лабрадора барабанит по полу. Чтобы довершить картину полного самоуничижения, миссис Ральф громко пукает, не переставая при этом хлюпать. Точь-в-точь обложной дождь: если уж зарядил, то на сутки. Гарп, консультант по вопросам семьи и брака, задумался, как все-таки вернуть женщине веру в свое женское обаяние.

— Миссис Ральф, — сказал он и прикусил язык.

— Что? Что ты сказал? — она поворачивает к нему разгневанное лицо с пылающими глазами. Гарп понимает, она, увы, слышала его слова. — Миссис Ральф? Господи, миссис Ральф! — восклицает она. — Подумать только, он даже не знает моего имени!

Гарп садится на край кровати — с гораздо большим удовольствием он устроился бы на полу рядом с Биллом.

— Я нахожу вас весьма привлекательной, — бормочет он, упорно глядя при этом на Билла. — Правда, правда…

— Докажи, чертов лгун! — обрушивается на него миссис Ральф. — Докажи!

— Не могу, — лопочет Гарп, — но не потому, что вы мне не нравитесь.

— Да у тебя даже член на меня не стоит! — миссис Ральф переходит на крик. — Я тут с ним полуголая, он под боком в моей постели, а гномик его не шелохнется!

— Я стараюсь изо всех сил, чтобы не шелохнулся, — оправдывается Гарп.

— Успешно стараешься, — язвит миссис Ральф. — Так как же меня зовут?

Гарп попал в силки одной из своих самых чудовищных слабостей; он не умеет общаться с посторонними. Ему нужно одно: чтобы его ценили вопреки всем его завихрениям. Гладили по шерстке. А тут с каждым словом он все больше погружается в трясину лжи. Теперь ему ясно, почему она назвала его балаболкой.

— Ваш муж сумасшедший, — тем не менее продолжает он. — Мне вы кажетесь куда привлекательнее многих женщин.

— Ладно, хватит, — восклицает она. — Ты просто больной и бредишь.

«Она права», — думает Гарп, но говорит нечто совсем иное:

— Вы должны верить в свою женскую привлекательность. Вы очень сексуальны, не сомневайтесь. И что еще более важно, вы вообще должны быть уверены в себе и во всех других отношениях.

— В каких это других отношениях? Кроме секса, для меня никогда ничего не существовало. А теперь и он перестает существовать.

— Но вы же учитесь, — не совсем уверенно произносит Гарп.

— Сама не знаю зачем. Ах, так вот что вы имели в виду, говоря «в других отношениях»?

Гарп закрывает глаза: хорошо бы сейчас потерять сознание, грохнуться в обморок, но звук колышущейся кровати, похожий на плеск волн, настораживает его. Он открывает глаза. Миссис Ральф в чем мать родила распростерлась рядом с ним на постели, которая все еще ходит под ней мелкими волнами. Ее колыхающееся тело кажется Гарпу шлюпкой, привязанной к причалу и танцующей на волнах.

— Покажи мне, что он у тебя встал, и можешь идти, — шепчет она. — Покажи, и я поверю, что могу еще нравиться.

Гарп старается возбудить себя: зажмурившись, думает о другой женщине.

— Сукин сын, — произносит миссис Ральф, но Гарп обнаруживает, что плоть его поддалась воображению: оказывается, это совсем нетрудно, а он этого и не знал. Взглянув на миссис Ральф, вынужден признать, что она не лишена привлекательности. Он сдергивает шорты и обнажается перед ней. Этот жест еще сильнее возбуждает: он страстно вожделеет ее влажных курчавых волос. Но миссис Ральф бесчувственна, по виду не разочарована, но и не в восторге. Как видно, примирилась со своей женской уничиженностью. Пожав плечами, поворачивается к Гарпу большим круглым задом.