Джон Ирвинг - Мир от Гарпа

— Я уверен, мальчикам даже полезно подглядывать за вамп в щелку, — ответил Гарп и тут же смутился, хотя на сей раз он действительно сказал то, что думал.

— Не уверена, — отозвалась она. — Моему мужу, во всяком случае, особой радости это не приносило, а он-то разглядывал меня не один год. — Миссис Ральф посмотрела на Гарпа, а у того уже губы онемели от вымученной улыбки.

«Да погладь ты ее по щеке или по руке похлопай, на худой конец, скажи чего-нибудь», — уговаривал он себя. Но Гарп не умел быть добреньким, а дешевый флирт ему претил. И он кое-как выдавил из себя:

— Да, мужья народ странный. Думаю, они часто сами не понимают, чего хотят.

Вот тебе и консультант по вопросам семьи и брака!

Миссис Ральф невесело рассмеялась:

— Что касается моего мужа, он нашел, что хотел, — девятнадцатилетнюю манду!

— Мне очень жаль, — проговорил Гарп. У консультанта по вопросам семьи и брака эта фраза не сходила с языка, как у невезучего доктора, которому попадаются только случаи со смертельным исходом.

— Вы ведь писатель? — прокурорским тоном обратилась к нему миссис Ральф, помахав перед его носом «Вечным мужем». — Что вы о ней думаете?

— Замечательная книга, — ответил Гарп. К счастью, он ее помнил: искусная интрига, полная самых запутанных и по-человечески объяснимых противоречий.

— А по-моему, гадкая. И что все с ума сходят по Достоевскому, не понимаю.

— Ну, — начал Гарп, — персонажи его так сложны, и психологически и эмоционально, ситуации, в которые они попадают, столь неоднозначны…

— Не знаю, но женщина у него просто вещь. Какие-то они у него все бесплотные. Не люди, а идеи, о которых мужчины любят говорить и с которыми играют, как с куклами.

С этими словами она швырнула книгу в окно; ударившись о грудь Гарпа, книжка шлепнулась на обочину. Миссис Ральф, сжав кулаки, опустила руки на колени и уставилась на пятно от соуса, которое украшало ее лобок, скрытый под юбкой, подобно мишени.

— Нарочно целились? — добавила она, продолжая глядеть на пятно.

— Очень, очень жаль, — снова сказал Гарп. — Оно может не отстираться.

— В этой жизни никакие пятна не отстирываются! — воскликнула миссис Ральф и при этом по-идиотски расхохоталась, отчего Гарп перепугался до смерти. Он промолчал, и она сказала, глядя на него: — Держу пари, вы сейчас думаете: этой надо только одно, чтоб ее кто-нибудь как следует трахнул.

Честно говоря, Гарп редко думал такое о людях, но после слов миссис Ральф ему вдруг пришло в голову: а ведь, пожалуй, в ее случае это простое средство подействует.

— Держу пари, вы уверены, что я вам это позволю, — сказала она, впившись в него блестящим взглядом. Гарп действительно был в этом уверен.

— Думаю, что не позволите.

— Нет, вы думаете, что позволю, — повторила миссис Ральф. — Да еще с радостью.

— Я так не думаю, — Гарп опустил голову.

— Ну, вам-то я, может, и позволила бы, — улыбнулась она кривой улыбкой. — Чтобы сбить с вас спесь.

— Вы меня очень мало знаете, чтобы так говорить, — возразил Гарп.

— Я знаю, что вы гордец, — продолжала свое миссис Ральф. — Считаете себя выше всех.

«Верно, — подумал Гарп, — считаю себя выше других. Потому из меня и не получится консультант по вопросам семьи и брака». Сомнений у него больше в этом не было.

— Пожалуйста, ездите осторожнее, — сказал он, отступая от машины. — И если понадобится моя помощь, звоните.

— Даже если понадобится хороший любовник? — ядовито спросила миссис Ральф.

— При чем здесь это?

— А зачем, собственно, вы меня остановили?

— Мне показалось, что вы превысили скорость.

— Старый пердун, вот вы кто! — фыркнула миссис Ральф.

— А вы… безалаберная дура, — разозлился Гарп.

Миссис Ральф вскрикнула, как будто ее ударили.

— Простите, мне очень, очень жаль (опять эта чертова фраза), но я вынужден пойти и увести от вас Данкена.

— Пожалуйста, не надо! — взмолилась она. — Я буду за ними весь вечер ухаживать. Я очень люблю детей. С ним ничего не случится. Я буду ухаживать за ним, как за родным сыном. (Ее слова не очень-то успокоили Гарпа, скорее наоборот.) Поверьте, не такая уж я дура, особенно с детьми. — И она улыбнулась ему будоражащей, привлекательной улыбкой.

— Мне очень жаль, — снова сказал Гарп. (Заладил, как священник «аллилуйю».)

— И мне, — ответила миссис Ральф.

И как будто между ними все уже сладилось, включила газ, проехала стоп-сигнал и миновала перекресток, не взглянув ни вправо, ни влево. Она медленно ехала почти посередине дороги. И Гарп помахал ей вслед длинной деревянной ложкой. Потом поднял повесть Достоевского и зашагал домой.