Джон Ирвинг - Человек воды

У гостиницы для лыжников мы с Мерриллом дожидались, пока Бигги закончит свои дела, наблюдая за растущим на крыльце числом лыжников мужского пола, которые поглядывали на нас сверху вниз. Который из них Билл? Они все выглядели одинаковыми.

— Ты бы лучше впустил немного воздуха, — поморщил нос Меррилл.

— Зачем?

— Затем, что ты воняешь, — фыркнул Меррилл. Да! На мне остался густой медовый запах Бигги! — И в машине тоже воняет, — пожаловался Меррилл. — Черт возьми, все вещи пахнут так, как если бы они только что трахнулись.

Лыжники с крыльца внимательно осматривали Меррилла, полагая, что он и есть главный виновник.

— Если они на нас нападут, — предупредил меня Меррилл, — не думай, что я собираюсь отвечать за то, чего не делал. — Но они только взирали на нас с высоты; несколько женщин-спортсменок вышли на крыльцо, и теперь они тоже толклись на нем.

Затем появился гладкий, аккуратный мужчина, постарше остальных, который уставился на «Зорн-Витвер-54», словно это был пустой танк.

— Это тренер, — сказал я, когда он спустился с крыльца и приблизился к окошку машины Меррилла — пластиковым шторкам, застегивающимся на манер детских непромокаемых штанишек. Меррилл расстегнул их, и тренер просунул внутрь свою голову.

В очередной раз полагая, что никто, кроме него, не говорит по-немецки, Меррилл произнес:

— Добро пожаловать в вагину, — но тренер, кажется, не расслышал.

— Что это за машина? — спросил он. Его лицо напоминало лица футболистов на старых обертках для жевательной резинки. Все они были в шлемах, поэтому их головы казались одинаковыми, а может, эти шлемы были у них вместо голов.

— «Зорн-Витвер-54», — ответил Меррилл. Тренеру это ни о чем не говорило.

— Такую теперь не часто увидишь, — сказал он.

— И в пятьдесят четвертом такую можно было увидеть не чаще, — заметил Меррилл.

Бигги спускалась с крыльца с голубой фирменной сумкой авиакомпании, сумкой с эмблемой лыжной команды США и огромным пальто из бобрика. Один из членов команды нес ее лыжи. Я вылез наружу, чтобы открыть для нее дверцу машины. Интересно, этот с лыжами и есть Билл?

— Это Роберт, — представила его Бигги.

— Привет, Роберт.

— Что это за машина? — спросил Роберт. Тренер подошел к багажнику.

— Какой большой багажник, — удивился он. — В наше время таких уже не делают.

— Нет.

Роберт пытался решить, каким образом ему пристроить лыжи Бигги на багажнике машины.

— Я никогда не видел такую большую подставку для лыж, — сказал Роберт.

— Это не подставка для лыж, идиот! — неожиданно громко одернул его тренер.

Роберт выглядел обиженным, а Бигги подошла к тренеру.

— Пожалуйста, не беспокойся, Билл, — сказала она.

Так это тренер был Биллом!

— Я вовсе не волнуюсь, — возразил он и направился обратно к гостинице. — У тебя есть «Руководство для летних упражнений»? — спросил он.

— Ну конечно.

— Я должен написать твоим родителям, — сказал он.

— Я и сама могу это сделать, — возразила Бигги.

Билл остановился и повернулся к нам.

— Я не знал, что их двое, — сказал он. — Который из них?

Бигги показала на меня.

— Здравствуйте, — поздоровался я.

— До свидания, — ответил мне тренер по имени Билл.

Я и Бигги сели в машину.

— Мне нужно остановиться у гостиницы «Фореллен», — сказала она, — где живет французская команда.

— Au revoir? — спросил Меррилл.

— Во французской команде есть девушка, у которой я собиралась остановиться, — пояснила она. — Во Франции она должна была взять меня к себе домой.

— Какой восхитительный шанс выучить язык, — проворчал Меррилл. — Культурный шок, так сказать…

— Заткнись, Меррилл, — попросил я его. Бигги выглядела грустной.

— Ничего страшного, — сказала она. — Все равно эта девушка никогда особенно мне не нравилась. Я думаю, это было бы ужасно.

Так что нам пришлось подождать Бигги у «Фореллен» и быть подвергнутыми такому же пристальному вниманию со стороны мужской части французской команды. Они все перецеловали Бигги, когда она вошла в гостиницу, и теперь пристально разглядывали «Зорн-Витвер-54».

— Как сказать по-французски «Что это за машина?»? — спросил у меня Меррилл, но ни один из лыжников не приблизился к нам, а когда Бигги вышла на крыльцо, они все перецеловали ее снова.

Когда мы уже тронулись, Меррилл поинтересовался у Бигги:

— А как насчет итальянской команды? Поедем попрощаемся и с ними. Мне всегда нравились итальянцы, — но Бигги выглядела расстроенной, и я пихнул Меррилла в спинку сиденья.