Игорь Афонский - Здравствуй – прощай!

— В таком случае, Лег! — сказал почему-то Олег.

Вовка оглядел тёмноволосого парнишку, который попал в его батарею:

— Там вещевые мешки уже оприходовали!

А потом добавил.

— А, что, такие галифе уже в учебке носят?

— Нет, не носят, это я украл, они тёплые и толще, чем обычные, в два раза, вот, смотри, как раз на зиму! — сказал почему-то Олег, он ждал подвоха, но номер прошел.

— Нужно забрать кое-что из мешка, — сказал Олег.

— Поверь, поздно!

На ужин собрались в два раза, то есть «молодняк» и «старые» члены команды. Олег ошарашено смотрел на гречневую кашу. То была обычная дробленая гречка, варённая, сухая, но с намёком на подливку из моркови и лука. Где-то на гражданке гречку готовили по праздникам, долго перебирали, грели на сковороде, потом варили, добавляли сливочное масло, заливали горячим молоком. В «учебке» это редкий гость, прапорщики пользовались периодом вечного дефицита, до столовой такие крупы не доходили.

Олег выгребает остатки из котла, получается внушительная порция на крышке от котелка. Такое поведение не остаётся незамеченным! Вот, рядом за следующим столом сидят несколько старослужащих, у них появился повод поиздеваться напоследок, развеять вечернюю тоску. Когда Олег съел всё, к нему подскочил малорослый солдат со словами:

— Ешь! — он подвинул ему ещё внушительную порцию.

— Спасибо! Наелся! — новенький отказался, ему и вторая порция ушла бы со свистом, но что-то подсказывало, что нужно остановиться.

— Да, ты ешь, не бойся, никто не отнимет, а мы тебе ещё наберём! — предложил солдатик.

— А вдруг вам не хватит? — пробормотал Олег, решив, что нужно поскорей линять отсюда.

— Нам! Хватит! Поверь, ешь! Ну, ешь!

Олег попытался уйти. Но не тут-то было. Уже семенил рядом «недомерок».

— В другой раз, обязательно! А то завороток кишок получу тут! — попытался отшутиться, но малорослый «дед» повис на руке. Тут как-то всё опрокидывается, оба оказались в этой каше.

— Вот добренький дядя! — успел подумать Олег, лягнув потихоньку навязчивого собеседника.

— Кашей угостил, понимаешь!

Потом «дядя» долго шипел за своим столом, сердито бросал взгляд на Олега, отряхивал с ушей гречку. «Дембеля» рядом посмеивались над происходящим. Сложилось впечатление, что смеялись они всегда, а объектом до поры до времени был этот, «Подгузок». Впоследствии он найдёт изуверский способ мстить за свои обиды. Но это будет потом.

После отбоя новичок не обнаружил своего одеяла, но рядом на соседней кровати кто-то уже спал, укрывшись сразу двумя одеялами. Вывод напрашивался сам собой!

— Тебе тут не жарко, однако, вспотеешь, заболеешь! Ну, я возьму одно, ты не будешь против? — очень громко спросил Олег.

Тут возникла тишина! Все оглянулись на этот смертельный номер. Облегчение крайне плохо отразилось на чутком сне, лежавшего в этой кровати. «Дембель» проснулся с чувством глубокого разочарования!

— Что опять, я ещё здесь?

Но, что это! Кому стало тут холодно в ноябрь месяц?

— Эй, Шкет, да ты бы попросил внимательно, я бы сам укрыл тебя осторожно! — произнесла возникшая глыба над кроватью.

— Вот, влип — то! Если такой встанет, то я точно лягу, тут же! — подумал Олег. Он оказался загнанным в угол, перегороженным койками от выхода.

— Смотри, Белый, простудишься, как же до дома добираться будешь?

— Что-то этот парень больно крутой!

И, хрясь, голова парня боднула убийственным ударом лбом. Молодой опрокинулся, но тут же выкарабкался из-под койки.

— Да, да! Встал уже! Щас точно ляжешь! А то, понимаете ли, приехали! Отбой вот для «дяденьки», а ты, отчаянный «молокосос», сейчас будешь тут отжиматься, пока не сотрёшься в хилых своих усилиях! — продолжал кряхтеть Увалень.

— Центр тяжести переваливается с одной ноги на другую, теперь только подгадать, не пропустить следующий удар, и тогда — прорвёмся! — калейдоскопом мелькнуло в голове.

— Итак, двигай резче, шарнирный мой! По счёту…

Взмах! Удар ушел в сторону, кулак запутался в солдатском одеяле! Послышался отовсюду хохот. Глыба встала, отряхнулась от спячки, закрыв спасительный проход.

«Вот и всё! Второго такого удара я точно не выдержу!» — опять пронеслось в голове. Но второго удара не было, мимо проходил прапорщик, в батарею которого так и не попал Олег накануне, одним только взглядом навёл порядок. Уходя, произнёс:

— Зря, пацан, ты не пошёл ко мне! Зря!