Харуки Мураками - Подземка

Но когда я из метро вышел на поверхность, то действительно подумал, что все это очень странно. Все вокруг потемнело и покрылось туманом. Хотя погода стояла хорошая. Я кое-как добрался до фирмы, но уже не мог идти прямо, а покачивался из стороны в сторону. Страшно болела голова, было трудно дышать и тошнило. Словно я накануне слишком много выпил.

Придя на фирму, я сказал, что чувствую себя очень странно, только никто не обратил внимания. Коллеги холодно заметили: ты три дня развлекался на лыжах, вот и устал (смеется). Поэтому я сделал со всеми гимнастику и пошел на утреннюю церемонию.

Гимнастику? Вы делали гимнастику в таком состоянии?

Да, делал. По понедельникам все сотрудники фирмы собираются и вместе делают утреннюю гимнастику. Однако мне было тяжело, и я не делал ее по-настоящему, а только изображал движения. Я подумал, что в таком состоянии неразумно мне ездить на машине по городу, и решил, что в первой половине я займусь бумажными делами. Таким образом, с десяти до половины одиннадцатого я сидел за своим столом. Однако в первой половине дня мне надо было обязательно решить один вопрос в юридическом отделе муниципалитета района Синагава, и, полагая, что все обойдется, я поехал на машине. Перед глазами было темно, но это не мешало управлять машиной. Также не было дезориентации, и головная боль немного успокоилась.

Затем я услышал по радио странные сообщения: на станции Цукидзи произошли страшные события, — или произнесли «зарин» и т. д. В конторе я новостей не слышал, а впервые узнал обо всем, только сев в машину и включив радио. Во всяком случае я доехал до юридического отдела, передал документы, и, решив, что дальше самовольничать опасно, сразу поехал в больницу «Канто Хэйсин».

В больницу я приехал в половине двенадцатого. В регистратуре уже открыли специальное окно для пострадавших в метро. Один за другим приходили полицейские, пожарные, служащие станций. Всех по очереди осматривал врач и тут же делал заключение: вас надо госпитализировать, а у вас все в порядке… Мне он сказал, что надо немедленно ложиться в больницу. Поскольку я приехал на машине фирмы, то сказал, что мне надо ее вернуть. «Вы что, шутите?» — рассердился врач (смеется).

В больнице голова по-прежнему сильно болела, ночью не мог спать. Никто не рассказал мне, что такое зарин, поэтому я сделал одну ошибку. Когда разделся, мне сказали, что нужно принять душ. Я так и сделал, но вымыл только тело — мне никто не сказал, что надо обязательно вымыть голову, поскольку зарин впитывается в волосы, и если его не смыть, можно вторично отравиться. Но я этого не сделал, а медсестра мне ничего не объяснила.

Глаза никак не могли восстановиться, все время казалось, что вокруг меня полумрак. После этого инцидента зрение у меня определенно ухудшилось. В больнице говорили, что после удаления зарина из организма никаких проблем не будет, но зрение у меня полностью так и не восстановилось. Это меня больше всего беспокоит.

Стал легко уставать, ослабла способность концентрировать внимание. На нашей работе во время беседы с клиентом необходимо держать нервы в постоянном напряжении. Надо внимательно слушать собеседника, следить за выражением его лица, иначе можно потерять нить разговора и ответить на его вопрос невпопад. Слушая собеседника, важно не пропустить момент, когда он сменит тему разговора и заговорит на отвлеченные темы. А у меня были такие промахи, и все из-за того, что снизилась внимательность. Я это сам хорошо понимаю.

Обо всем этом я на фирме никому не рассказывал, поскольку это могло отрицательно сказаться на моей работе. Предпочитал молчать, хоть было нелегко. Но, думаю, спустя год после инцидента я полностью восстановился.

И только подумать: все это произошло в результате того, что я прошел по платформе станции Кодэмматё. А у меня ведь маленькие дети, я только что взял заем на строительство нового дома. Только подумаешь, что могло бы произойти, становится очень тяжело. Конечно, и семья все это время сильно волновалась.

Асахара — человек моего поколения. H не только поэтому, но чем больше я думаю о том инциденте, тем большее меня бесит. Сейчас я присоединился к обществу потерпевших и поставил свою подпись под иском о возмещении ущерба. Но не потому, что ожидаю получить денежную компенсацию. Я присоединился к судебному иску, чтобы выразить свое возмущение и не допустить повторения подобных вещей.

За два дня до инцидента у меня родился первый ребенок.