Ян Войк - Изнанка

– Папа, ну давай! Ползи! Пожалуйста, ползи!

Как детский голос может оказаться громче стрельбы и забившего уши вороньего карканья?! Наверное, слова дочери ему просто послышались. Одна из ворон клюнула его в правую руку, между средним и безымянным пальцем. Раз, ещё и ещё раз. Когтистые лапки из всех сил дёргали обручальное кольцо, стараясь сорвать его. Наверное, уже пошла кровь, но он не стал смотреть, просто полз дальше, на ощупь загребая пространство впереди себя.

Наконец, его ухватили за запястье левой руки и волоком втянули в вестибюль. Стеклянная дверь закрылась, отрезав его от многоголосого вороньего гвалта. Андрей перевернулся на бок и только теперь позволил себе открыть глаза.

– Папа! Папочка, ты живой! – Сашка бросилась к нему, обняла за шею и ткнулась заплаканным лицом в грудь.

– Всё хорошо, родная. Всё хорошо, – он погладил её правой рукой по волосам, заметив глубокие кровоточащие ссадины на тыльной стороне ладони. Кольцо было на месте.

– Похоже, мы только что видели настоящего Кукловода, без всякой маскировки, – произнёс Иван. Он сидел на одном колене возле самых дверей с автоматом в руках.

– Да уж, повезло, – безрадостно усмехнулся Милавин.

Вороньё за стеклянными дверями хлынуло в рассыпную, открывая обзор. На противоположной стороне улицы крылатая туша колдуна с грохотом и лязгом опустилась на припаркованный автомобиль.

– Дх-х-холго вы там не выс-с-сидите! Кр-р-рх! – прохрипел Кукловод, сминая когтями крышу авто. – Всё р-р-рхавно вылезете обрхатно! Я подож-жду! Кх-х-х!

Он ударил крыльями и взлетел, устремившись куда-то вверх.

– Почему они не идут за нами? – спросил Андрей.

– Боятся, – нехотя ответил Иван. – Здесь в темноте может прятаться, что угодно.

– А мы, значит, не боимся?

– У нас нет другого выхода.

– То есть, это, по-твоему, выход?! Он ведь прав! Долго мы тут не высидим! – Милавина взбесило непробиваемое спокойствие собеседника.

– Не высидим, – подтвердил Поводырь. – Поэтому и не станем сидеть. Пройдём одну или две станции под землёй и выберемся наружу.

– Пройдём под землёй?! Ты думаешь это так легко?!

– Не думаю.

В полумраке вестибюля Милавин постарался рассмотреть лицо собеседника. Крепко стиснутые зубы и тот же упрямый взгляд. Всё как сегодня утром, когда он сообщил, что не собирается сразу возвращать Сашку домой. Иван уже принял решение, спорить не имеет смысла.

– Почему бы нам просто не перейти на другую станцию? – уже более мирным тоном спросил Андрей. – Например, на Арбатскую, и оттуда выбраться на поверхность?

– Кукловод не дурак. Наверняка, его вороны будут сторожить все ближайшие выходы. Нас тут же засекут.

– Значит, идти по туннелям?

– Да.

Некоторое время они молчали, обдумывая своё положение. Наконец, Милавин спросил:

– Иван, скажи честно, там, в оружейке, ты соврал? Кукловод мог отвести меня и Сашку на сторону живых?

– Хрен его знает, чего он может, а чего нет, – Поводырь не стал отмалчиваться. – Он никогда этого не делал. А если тебе приставили нож к горлу, ты пообещаешь, что угодно.

Милавин только кивнул. Ещё несколько секунд прошли в полной тишине, даже вороньё стихло за стеклянными дверями.

– Идиотизм какой-то! – нервно хохотнул Андрей, оглядываясь по сторонам. – В первый же день ты мне сказал, что на Изнанке нужно держаться подальше от метро. Так? А теперь затащил сюда мою дочь…

– Так уж получилось… – бесцветным ровным голосом произнёс Поводырь.

– Так уж получилось?! – передразнил его Милавин. – И это всё, что ты можешь мне сказать?

Молчание опять длилось несколько секунд. Андрей уже и не ждал, что Иван ему ответит, но ошибся.

– Нет. Ещё скажу, держитесь поближе ко мне. Я постараюсь вывести нас отсюда.

Минут десять у них ушло на то, чтобы обработать ссадины, царапины и порезы. Правую руку Милавина Сашка перевязала бинтом, а надорванную мочку уха заклеила бактерицидным пластырем. Ссадину у Ивана в волосах обработали перекисью и прижгли йодом, так же поступили и с царапинами. После этого мужчины дозарядили опустевшие магазины и прицепили на автоматы подствольные фонари.

– Саш, возьми вот это, – Андрей вложил дочери в руку небольшой пластиковый цилиндр фонарика. – Зря не жги, но пусть он будет у тебя под рукой. Мало ли что…

Будь Сашка хоть немного постарше, он дал бы ей и пистолет, но для одиннадцатилетней девочки ПМ оказался слишком тяжёл.

– Готовы? – спросил Иван. Луч от его фонаря высвечивал чуть дальше за строем турникетов ступени лестницы, ведущей вниз, и декоративное мозаичное панно над ней.