Ян Войк - Изнанка

Двор дома, где жили родители Андрея, ничем не отличался от остальных. Иван, присев за разросшейся липой, долго осматривал его, наконец, оглянулся на напарника и коротко спросил:

– Куда нам?

– Второй подъезд, – указал Милавин.

– Этаж?

– Третий. С лестницы первая дверь направо.

– Ключ у тебя есть?

– Да, – ключи от родительской квартиры по счастью были в одной связке с его собственными ключами и теперь ждали своего часа в специальном кармане брюк.

– Я иду первый, ты за мной через пару метров. Пистолет держи наготове, только в спину мне не пальни.

Андрей просто кивнул в ответ.

– Пошли.

Без освещения подъезд выглядел мрачным. Краска на стенах казалась выцветшей и старой, хотя Милавин точно знал, что плановый ремонт тут делали всего полгода назад. Поднявшись на третий этаж, Иван остановился возле железной двери, обтянутой коричневым кожзаменителем.

– Эта?

– Да.

– Жди здесь! – Поводырь продолжил подъём, ушёл на четвёртый этаж и там замер на пару минут, прислушиваясь. Только после этого спустился обратно, взял дверь на мушку и приказал.

– Открывай!

Андрей к тому времени уже выудил связку ключей из кармана и тут же начал отпирать замки.

– Только распахивать дверь не спеши. Скажи, когда будешь готов, – тихо предупредил его Иван.

– Открываю первую дверь, за ней вторая.

– Откроешь и вместе с дверью к стене, чтобы обзор не перекрывать. Давай!

Железная дверь открывалась наружу. Милавин распахнул её во всю ширь и сам вжался спиной в стену. Иван резким коротким движением повёл двустволкой вверх-вниз, но перед ним была всего лишь ещё одна дверь из лакированной проморённой древесины.

– Дальше, – бросил он.

Во второй двери оказался лишь один английский замок, с ним Андрей справился быстро. Оглянулся на Ивана, давая понять, что готов.

– Сядь на корточки и, как откроешь, прижмись вправо к стене.

– Понял.

Милавин повернул ручку и толкнул створку от себя, тут же шарахнувшись в сторону. Но дверь не распахнулась, а замерла, чуть приоткрывшись и звякнув внутренней цепочкой.

– Уходи!

Андрей выскочил из квартирного закутка на лестничную площадку, оказавшись у напарника за спиной. А Иван сходу ударил ногой по двери в район замка. Первый удар не принёс результата, зато после второго дверь распахнулась, громыхнув ручкой по стене. Поводырь сделал шаг назад, два спаренных ствола обшарили дверной проём.

– Давай за мной! – Иван первым вошёл в квартиру, тут же свернул направо в коридор, который мимо ванной и туалета вёл на кухню.

– Прикрой! – распорядился он на ходу.

Милавин сел в прихожей с пистолетом в руках, прямо перед ним был просторный, почти квадратный холл, из которого в три стороны шли двери в комнаты. У него за спиной Поводырь с грохотом распахнул ногой дверь туалета, потом ванной и, наконец, вошёл на кухню.

Потом он вернулся назад и по очереди проверил все три комнаты, а когда снова вышел в холл, то перевёл дух и опустился на пуфик перед входной дверью.

– Никого.

– Не может быть! А Сашка? – Андрей был почти уверен, что вот сейчас обнимет свою дочь.

– Никого, – снова повторил Иван, вытирая пот со лба своей вязаной шапочкой. – Хочешь сам посмотри.

Милавин не нуждался в его разрешениях, он уже сорвался с места и вбежал в гостиную. Образцовая чистота, даже на экране плазменного телевизора нет ни пылинки. Мать всегда очень строго следила за порядком в доме. Диваны и кресла аккуратно застелены мягкими пушистыми покрывалами. На журнальном столике ваза с обжаренным миндалём (отец любит что-нибудь погрызть, когда смотрит телевизор) и спортивный журнал.

Андрей перешёл в соседнюю комнату, здесь была родительская спальня. Большая двуспальная кровать под коричнево-жёлтым покрывалом. Две прикроватные тумбочки по бокам, два настенных светильника и огромный одёжный шкаф во всю стену. Тоже никого. Оставалась последняя комната, это была детская, сперва для Андрея, потом для Сашки. Но когда молодая семья, купив отдельную квартиру, съехала отсюда, отец наконец-то исполнил свою давнюю мечту и оборудовал для себя отдельный кабинет. Сюда мать с её манией порядка и чистоты не допускалась, поэтому просторный письменный стол был щедро завален бумагами, на книжных полках лежал изрядный налёт пыли, а мусорная корзина в углу оказалась набита с горочкой. Но Сашки не было и тут.

Милавин вернулся в холл, прошёл по коридору и оказался на кухне. Никого. Но он замер на пороге, как будто примороженный. Ноздри щекотал лёгкий запах жареной колбасы и яичницы. Андрей бросил взгляд на плиту, все конфорки были пусты, он подошёл и распахнул духовку – тоже пусто. Ещё раз огляделся.