Борис Пугачев - Зеркало для слепого

Из-за этого он проснулся очень рано, когда солнце только всходило, наполняя комнату радужными бликами. Боясь разбудить Абдулло Рахимовича, Родик лежал, не зная, чем себя занять. Поворочавшись на жестком ложе, он решил попробовать тихо покинуть помещение и приступить во дворе к утреннему туалету. Это ему удалось, и вскоре он, устроившись на крыльце, наслаждался прохладой и красотой пейзажа с контрастными очертаниями гор на фоне бескрайнего голубого неба. Вероятно, Родик, плохо выспавшись, задремал. К действительности его вернул гулкий топот. Дверь здания открылась, и появился мужчина. Что-то необычное было в его походке, и, только присмотревшись, Родик понял: он держал между локтей ноги человека, остальную часть которого, прикрытую рваной майкой, нес второй мужчина. Они медленно прошли мимо Родика, пересекли двор и направились в сторону припаркованных автомобилей. Послышались какие-то стучащие звуки, потом затрещал стартер, и Родик увидел над забором тент отъезжающего грузовика. От посетивших его догадок разрушилась идиллия зарождающегося утра. Тревога в который уже раз посетила его.

За завтраком Абдулло Рахимович сообщил, что отмененная вчера встреча состоится сегодня. Родик обрадовался предстоящему возвращению в город, но Абдулло Рахимович разочаровал его, пояснив, что для этого им необходимо сразу после завтрака переехать в другой район.

Ехать пришлось очень долго — более четырех часов. Занять себя было нечем, каких-то тем для разговоров не нашлось. Родик как можно удобнее устроился на заднем сиденье «Волги» и постарался заснуть. Однако непрекращающаяся тряска мешала этому, и, когда машина остановилась, Родик почувствовал облегчение, надеясь, что это конец пути. Выйдя из автомобиля, он понял, что это не так. Дорогу перегородил бульдозер.

— Придется подождать, — сообщил Абдулло Рахимович. — Возможно дорога заминирована.

— Если найдут мины, то поедем назад? — уточнил Родик.

— Нет. Сейчас бульдозер проедет, а потом мы. Если мины есть, то они взорвутся.

Родик, не одобряя такой способ разминирования, решил в полемику не вступать, а просто понаблюдать. Бульдозер пропал из вида, и звук его мотора уже почти не был слышен, когда произошел взрыв. На дорогу со склона прилегающей к ней горы посыпались камни.

— Хоп. Можем трогаться, — спокойно заключил Абдулло Рахимович, направляясь к «Волге».

Родик последовал за ним.

Результат разминирования вскоре предстал их взорам. Бульдозер стоял на обочине, а его нож, вероятно оторванный ударной волной, перегораживал путь. Его с трудом оттаскивали в сторону четверо таджиков.

— Ну и способы у вас, — заметил Родик. — Бульдозерист не погиб?

— Не знаю. Они так всегда делают. Обычно никто не гибнет. Эти мины установлены так, что другим способом от них нельзя избавиться.

— Да-а-а… А дальше их что, нет?

— Либо нет, либо есть объезд. Эту дорогу контролируют. Не волнуйтесь, мы в безопасности. Да и ехать осталось мало. Скоро будем на месте. Товарищи туда прилетят на вертолете. Хотите полетать? Пока мы будем общаться, посмотрите Нурек. Там очень красиво.

— С удовольствием. Давно мечтаю увидеть Нурек. Столько лет в Таджикистане, а никак не мог выбраться. Говорят, потрясающее зрелище.

— Хоп. Вас будут сопровождать Нурмат и Анзур. Кстати, вертолет уже слышен.

— Спасибо, — поблагодарил Родик, стараясь через окно рассмотреть в небе вертолет, звук которого хорошо различался даже на фоне работающего мотора автомобиля.

Увидел он его уже на земле, когда они въехали на устланную бетонными плитами площадку неизвестного предназначения, окруженную склонами гор. Вооруженные мужчины выскочили из сопровождающих автомобилей и заблокировали секторы возможного обстрела вертолета. Один из них подошел к их машине, и Родик с удивлением узнал в нем Салима— подростка, с которым познакомился в приемной председателя облисполкома. Абдулло Рахимович опустил стекло и, что-то объяснив тому по-таджикски, открыл дверь и покинул автомобиль. Родик, хотя и не понял, о чем говорили, последовал за ним. Из других автомашин тоже стали выходить люди. Преодолевая воздушные потоки, создаваемые вертолетом, они собрались вокруг Абдулло Рахимовича. Вскоре лопасти почти перестали вращаться, открылась дверь, и в ее проеме показался мужчина в шлемофоне. Соскочив на землю, он начал помогать выходить пассажирам, одежда которых не оставляла сомнений в том, что род их деятельности — государственная служба. Первым вышел мужчина, которого Родик видел, когда был в гостях у Абдулло Рахимовича в Дангаре, и о котором он в последнее время много слышал в связи с происходящими в Таджикистане событиями.