Моше Натан - Битва за Иерусалим

Бойцы еще продолжали петь, когда колонна уже рассыпалась по подступам к Абу-Тор. Ротный Эли высадил своих бойцов из автобуса и рассредоточил их по подвалам, коридорам, позади оград. Тут они дождались сигнала «в атаку».

С противоположной стороны продвигалась рота Узи. Когда он доехал до окраин Абу-Тор, ему сообщили по рации, что приданные ему танки ждут его на Дерех-Хеврон, поблизости от въезда в Абу-Тор. Узи успел перекинуться несколькими шутливыми словами с Эли, после чего отправился к танкистам согласовывать взаимодействие в бою. Только он начал договариваться с командиром танкового взвода, как послышались раскаты взрывающихся снарядов. Первым же был накрыт автобус Эли, из которого только что вышли люди. Автобус развалился на горящие куски. «Я увидел разлетающийся автобус, — рассказывает один из солдат, — и подумал: что бы сталось со мною и моими товарищами, если бы мы не вышли из него вовремя?»

Для бойцов, увы, этот обстрел не закончился так благополучно. На них обрушились снаряды, и повторилась кровавая баня, какая была на рассвете, когда 8-й парашютный полк пошел в прорыв. Так же поднялись тучи пыли и дыма, укрывшие улицу и тех, кто был застигнут обстрелом. Когда пелена рассеялась, послышались испуганные крики, появились носилки. «Я увидел, — рассказывает командир одного из пострадавших взводов, — лежащих вдоль всей улицы солдат, залитых кровью. Я понял, что раненых много и побежал к месту падения снаряда. Убитые. Крики. Стоны. Искареженное обгорелое оружие. Солдаты выносили раненых к заборам по сторонам улицы. Выли сирены примчавшихся санитарных машин. Часть погибших была в таком виде, что их вообще невозможно было опознать. Другие лежали с восковыми лицами и закатившимися глазами. На лицах застыло выражение удивления».

Время было три часа пополудни. «Операция началась, — рассказывает Аарон, который с двумя танками находился на отрогах горы Злого Совета и видел с этой высокой точки, как роты полка Файкеса устремляются по склону Абу-Тор в сторону вражеских позиций. «Мы старались предупредить их движение, «подметая» снарядами все пространство перед ними и расчищая им путь».

На крайнем южном участке Абу-Тор атаковали, как и следовало но плану, солдаты роты Моше. Они уже окунулись в дымовую завесу, поставленную ими, чтобы осуществить обходное движение по открытому склону. Авангард успешно проделал проходы в густых пограничных заграждениях, с юга обогнул арабскую позицию Лулав и добрался до ее восточного края — входа в каменный двухэтажный дом, нижний этаж которого был укреплен толстыми бетонными стенами с многочисленными амбразурами. Моше удалось застрелить караулившего первый этаж легионера, и дом был захвачен почти без сопротивления. После того как ключевая позиция пала так быстро и без осложнений. Моше решил отправить четырех солдат на шоссе, переходящее в улицу Абу-Тор с тем, чтобы, перекрыв легионерам, бегущим из- пограничных домов, путь отступления в глубь квартала, помочь атакующим взять следующий укрепленный пункт 5ет-Хамухтар.

Получив приказ выбрать себе позицию поудобней, четверо солдат отправились вниз по шоссе. По дороге необходимо было завернуть за угол и идти дальше. Передний дошел до угла, ступил два шага за поворот и был убит наповал снайпером, пославшим ему пулю в голову. Второй солдат не успел даже сообразить, что случилось с первым, и ступил за угол. Когда он увидел лежащее в крови тело, было уже поздно… Затем за угол выбежал следующий: раздался свист, и на двух мертвецов повалился третий. Пришел черед четвертого. Заметит ли хотя бы он ловушку, в которую угодили его предшественники?! Нет, и он выбежал за угол, даже не сбавив хода. Ему, очевидно, показалось, что три его товарища продолжают путь за поворотом. Две пули поразили его в грудь и в ногу, и он рухнул на груду трупов.

Моше очутился в отчаянном положении. Он должен был немедленно положить конец этому сатанинскому расстрелу, уничтожившему в считанные минуты нескольких его солдат, и для этого он вызвал своего заместителя Бени, оставшегося с небольшим резервом по ту сторону границы. Бени в одиночку принялся подряд прочесывать дом за домом. Все они оказались пустыми. Он не обнаружил ни единого легионера. Тем не менее он продолжал швырять гранаты в каждый подозрительный закоулок. Внезапно на шоссе, где лежали четверо погибших, он заметил железобетонную коробку. Он кинул и туда гранату, а когда подошел к коробке, обнаружил в ней изуродованного, издававшего страшные предсмертные хрипы легионера. Было несомненно, что это он застрелил всех четверых. В неудержимом отчаянии и злобе Бени вскинул оружие и прошил снайпера двумя очередями. Напротив лежала груда трупов. Зрелище было невыносимое. Бени повернулся и вызвал с израильской позиции Лулав эвакуаторов.