Уильям Фолкнер - Избранное

Мальчик уселся на чемодан и взял перо.

— Такие ружья продаются в скобяной лавке Уотса, — заметил он.

— Если то, которое мы заказывали, в ближайшее время не придет, купим у него, — сказал Сноупс. — Кстати, когда мы сделали заказ?

— Во вторник на прошлой неделе, — бойко отвечал мальчик. — Я записал.

— Ну, значит, скоро пришлют. Ты готов?

Мальчик склонился над бумагой.

— Да, сэр.

Сноупс вынул из кармана брюк сложенный листок бумаги, развернул его, прочел:

— «Индекс сорок восемь. Мистеру Джо Батлеру, Сент-Луис, Миссури», — и через плечо мальчика стал следить за его пером. — Правильно, у верхней кромки. Так.

Мальчик отступил от края примерно на два дюйма и аккуратно, ученическим почерком принялся выводить то, что диктовал ему Сноупс, лишь изредка останавливаясь и спрашивая, как пишется то или иное слово.

— «Я один раз решил что постараюсь тебя забыть. Но я не могу забыть тебя потому что ты не можешь забыть меня. Сегодня я увидел свое письмо в твоей сумке. Я каждый день могу протянуть руку и дотронуться до тебя. Ты об этом не знаешь. Просто вижу как ты идешь по улице и знаю что я знаю что ты знаешь. Однажды мы оба будем знать вместе когда ты привыкнешь. Ты сохранила мое письмо но ты не ответила. Это хороший признак…»

Мальчик дописал страницу до конца. Сноупс убрал первый лист, подложил второй и монотонным, лишенным интонации голосом продолжал читать:

— «…что ты меня не забыла иначе ты бы его не стала хранить. Я думаю о тебе по ночам как ты идешь по улице словно я грязь под ногами. Я могу тебе кое-что сказать ты удивишься я знаю про тебя больше не только как ты ходишь по улице в платьях. Когда-нибудь я скажу и ты тогда не будешь удивляться. Ты проходишь мимо меня и не знаешь а я знаю. Когда-нибудь ты узнаешь. Потому что я тебе скажу».

— Все, — сказал Сноупс, и мальчик отступил к нижнему краю страницы.

— «Искренне Ваш Хэл Вагнер. Индекс двадцать четыре».

Он снова заглянул мальчику через плечо.

— Правильно.

Промокнув последнюю страницу, он взял и ее. Мальчик надел на перо колпачок и отодвинул стул. Сноупс вытащил из пиджака маленький бумажный кулек.

Мальчик невозмутимо взял кулек.

— Премного благодарен, мистер Сноупс. — Он открыл кулек и, скосив глаза, заглянул внутрь. — Странно, что это духовое ружье до сих пор не пришло.

— Действительно, — согласился Сноупс. — Не понимаю, почему его нет.

— Может, оно на почте затерялось, — высказал предположение мальчик.

— Возможно. Скорее всего, так оно и есть. Я завтра им еще раз напишу.

Мальчик поднялся из-за стола и остановился, глядя на Сноупса добрыми невинными глазами из-под соломенно-желтых волос. Он вынул из кулька конфету и принялся без всякого удовольствия ее жевать.

— Я, пожалуй, попрошу папу сходить на почту и узнать, не потерялось ли оно.

— Не надо, — поспешно отозвался Сноупс. — Подожди немного, я сам этим делом займусь. Мы его непременно получим.

— Папе ничего не стоит туда сходить. Как только он вернется домой, он сразу же пойдет и узнает. Я его хоть сейчас разыщу и попрошу, чтоб он сходил.

— Ничего у него не получится, — отвечал Сноупс. — Предоставь это дело мне. Уж я-то твое ружье получу, можешь не сомневаться.

— Я ему скажу, что я у вас работал. Я все письма наизусть помню, — сказал мальчик.

— Нет-нет, я сам все сделаю. Завтра первым делом пойду на почту.

— Хорошо, мистер Сноупс. — Он снова без всякого удовольствия съел конфету и пошел к двери. — Я эти письма все до одного запомнил. Бьюсь об заклад, что я могу сесть и снова их все написать. Об заклад бьюсь, что могу. Скажите, пожалуйста, мистер Сноупс, кто такой Хэл Вагнер? Он в Джефферсоне живет?

— Нет-нет, ты его не знаешь. Он почти никогда не бывает в городе. Потому-то я его дела и веду. А ружьем я займусь, обязательно займусь.

В дверях мальчик помедлил.

— Такие ружья продаются в скобяной лавке Уотса. Очень хорошие. Мне очень хочется такое ружье. Очень хочется, сэр.

Мальчик вышел, Сноупс запер дверь и немного постоял возле нее, опустив голову, сжимая и разжимая кулаки и треща суставами. Потом он сжег над камином сложенный листок бумаги и растер ногой пепел. Достав нож, он срезал с первой страницы письма адрес, со второй подпись, сложил обе страницы и засунул в дешевый конверт. Затем запечатал конверт, приклеил марку и левой рукой печатными буквами старательно вывел адрес. Вечером он отнес письмо на станцию и опустил в ящик почтового вагона.

На следующий день Вирджил Бирд застрелил пересмешника, который пел на персиковом дереве в углу курятника.