Эптон Синклер - Зубы Дракона

Он готовил эту кампанию борьбы против капиталистов и социалистов. Ланни думал, что это было трагедией, что трудовые коллективы не могут действовать вместе, чтобы противостоять врагам, которые были намного сильнее, чем они сами. К согласию не могли придти сторонники изменений парламентским путём и сторонниками применения силы. Причём Джесс Блэклесс будет настаивать, что именно капиталисты будут использовать силу, а поведение рабочих будет чисто оборонительным. Они будут атакованы, их организации будут разогнаны. Пример был подан в Италии.

Ланни мог бы ответить: «Это просто придирка. Коммунисты заняли позицию, которая заставит неизбежно применить силу. Если вы начнёте наставлять пистолет на человека, он поймёт, что его жизнь зависит от того, кто выстрелит первым».

Может ли капитализм быть изменен постепенно? Можно ли добиться изменений отрешением некоторых политиков от должности и назначения на должность других путем голосования? Ланни привёл цитаты Карла Маркса, признавшего, что постепенное изменение может произойти в англо-саксонских странах, где в течение длительного времени были парламентские институты. Большинство красных не знают, что сказал их хозяин, и не поверят, когда им скажут об этом. Казалось, что это может смести большевиков со сцены. Но Джесс сказал, что ссылаться на Маркса всё равно, что ссылаться на Библию: и там, и там можно найти всё, что угодно.

Они продолжали спорить, уменьшив прежнюю риторику. К тому времени пришла Франсуаза, и они прекратили спор, потому что Франсуаза не разделяла легкомысленного американского чувства юмора и могла разгневаться на Ланни. А тот рассказал ей много хорошего о Советском Союзе. Вскоре пришла Сюзетт, ее младшая сестра, замужем за одним из лихих таксистов Парижа. Дядя Джесс сказал, что этот парень принял правильное решение социальной проблемы: давить всех буржуа, но с помощью Сюзетт увеличивая красное население. Они имели второго ребенка.

Женщины принялись за работу готовить ужин, а Ланни извинился и вернулся в «Крийон», чтобы встретиться с отцом. Когда Робби спросил: «Что ты делал?» он ответил: «Смотрел картины». Это была правда и ничего, кроме правды, но не вся правда!

Еще одна обязанность: визит в Шато де Брюин. Ланни обещал Мари на смертном одре, что он никогда не забудет её двух сыновей. Для них он мог сделать не так много, но они были дружелюбными ребятами и рады были рассказать ему о своих делах. Он позвонил их отцу, который приехал и привёз его. Дени де Брюин, было за семьдесят, но он был энергичен, его белые волосы, темные, печальные глаза и бледные изысканные черты выделяли его из толпы. Он был рад видеть Ланни из-за общих воспоминаний.

По дороге они говорили о политике, и было интересно отметить, как мир может восприниматься по-разному двумя разными людьми. Дени де Брюин, капиталист умеренных масштабов, владелец парка такси и работодатель мужа Сюзетт, хотя он не знал об этом, согласился с Джессом Блэклессом, что коммунисты были сильны в Париже и в других промышленных центрах, и что они готовы использовать силу, если они смогут иметь её в наличии. Концепция Дени управления государством была стрелять первым. Он был националистом, и собирался вкладывать деньги, чтобы не допустить Джесса и ему подобных во власть. Ланни был весь внимание, и это было приятно для предпринимателя, который был полностью уверен в своей правоте.

Дени де Брюин был обеспокоен состоянием своей страны. Финансовое положение страны было плачевным. Расчеты на германские репарации не оправдались. Французский националист обвинял британских бизнесменов и государственных деятелей. Великобритания не является верным союзником Франции, а соперником. Великобритания использует Германию против усиления Франции. Почему американские бизнесмены помогают Германии встать на ноги, что представляет опасность для Франции? Иностранные инвесторы одолжили в Германии около пяти миллиардов долларов после войны: зачем им такие риски?

Ланни ответил: «Ну, если бы не было кредитов, то как Германия вообще заплатила бы Франции репарации?»

«Она заплатила бы, если бы…», — ответил Дени, не зная, как закончить фразу, указав источник платежей. Ланни знал, как поймать его на слове. Люди, которые правили Францией, не учли уроков вторжения в Рур и его провала. Они по-прежнему думали, что можно производить товары силой и получать деньги с помощью штыков. Было бесполезно спорить с ними. Их преследовал страх перед Германией. И, возможно, они были правы, у Ланни уверенности не было. Конечно, в Германии также было много людей, которые верили в силу и были готовы её использовать. Ланни встречал таких.