Эптон Синклер - Зубы Дракона

«Мы не сможем получить то, к чему мы привыкли», — сказал друг: «Вы удивитесь, как упали цены».

Не важно, картины были по-прежнему красивы, и если у вас были простые вкусы, вы могли бы жить и наслаждаться ими. Но у дилеров были проблемы с высокой арендной платой, а бедняк, нарисовавший картину, будет бродить со своими полотнами под мышкой, и устанавливать их в окнах табачных киосков и других местах, возвращаясь два или три раза в день, и, глядя на них с тоской, надеясь, что это может вызвать интерес прохожих.

Париж весной был прекрасен, как всегда, и двое друзей прогуливаясь, любовались на цветки каштанов и ощущали запахи клумб. Золтану было около пятидесяти, но он вёл себя и разговаривал также, как его молодой друг. Он был полон планов поехать туда и сюда, увидеть то и это. Он всегда был готов встречаться с новыми людьми, открывать новые сокровища искусства. Действительно счастлив тот человек, которому бизнес приносит удовольствие! Тысяча старых мастеров облегчила ему жизнь, создав шедевры, которыми он мог восторгаться и чувствовать гордость, когда приобретал один из них для своего клиента.

Всегда были богатые люди, охотившиеся за знаменитыми произведениями искусства. И Золтан хотел предостеречь своего друга с розовыми убеждениями не относиться к таким лицам слишком презрительно. Многие из них были невежественны и претенциозны, но были и другие подлинные любители искусства, которым нужно было помочь и оказать поддержку. И это был не только хороший бизнес, это было общественное дело, в конце концов, многие из этих коллекций попадут в музеи. Золтан не имел представления об экономике и не морочил себе голову революционными идеями Ланни. Он сказал, что бы ни случилось, но картины выживут, и люди будут хотеть видеть их. И найдётся занятие для человека, у которого есть вкус и который может отличить редкое и ценное от дешевого и обычного.

Ланни арендовал автомобиль и повёз Золтана пообедать к Эмили Чэттерсворт в её поместье «Буковый лес», где она проводила большую часть года, место, о котором у Ланни были воспоминания с детства. На этой лужайке под большими буковыми деревьями он слушал Анатоля Франса, рассказывающего о скандалах французских королей и королев старого времени. В этой гостиной он играл на пианино для Айседоры Дункан, и здесь ему было предложено бежать вместе с ней. Здесь он также аккомпанировал Ганси в день, когда Ганси и Бесс встретились и безумно полюбили друг друга.

Седовласая хозяйка хотела услышать новости обо всех семействах. Ей были интересны истории Захарова и герцогини, которых она знала. Эмили провела сеанс с мадам Зыжински, но не получила каких-либо значительных результатов. Вероятно, потому что она была враждебна к самой идее и напугала духов! Она спросила мнение Золтана о Салоне, который она посетила. У неё была пара картин, которые больше не соответствовали ее вкусу. Она показала их эксперту, и услышала его оценку того, что она может за них получить. Она сказала ему, чтобы тот не торопился. Она потеряла много денег, как и все остальные, но, видимо, это было только бумажные потери, по акциям по-прежнему платят дивиденды. Ланни посоветовал ей не рассчитывать на это.

Молодой приверженец розовых взглядов не смог бы приехать в Париж без захода в редакцию газеты Лё Попюлер и обмена идеями с Жаном Лонге и Леоном Блюмом. Ланни знал, о чём они думали, потому что читал их газету, но они хотели услышать, как рабочее образование развивается на юге Франции, и что сын американского промышленника видел в Советском Союзе. После завтрака с Лонге Ланни прошёлся по выставкам картин, а затем поднялся на холм Монмартр в простенькую квартиру, где Джесс Блэклесс был в разгаре сочинения манифеста, который будет опубликован в Юманите и осуждавший Лонге и его газету, как агентов и орудия капиталистической реакции. Когда Джесс узнал, что его племянник был в Одессе, то начал приставать к нему с вопросами, стремясь узнать мельчайшие подробности в ходе выполнения пятилетки.

Джесс жил здесь со своей спутницей, сотрудницей коммунистической газеты. У них была трудная жизнь с минимумом удовольствий. У Джесса не было времени для рисования, он сказал: реакционеры готовятся уволить организованных рабочих и исключить их из дела. Следующие выборы во Франции могут стать последними, которые будут проходить при республиканском режиме. Красный дядя Ланни жил под сенью надвигающейся классовой войны, его жизнь была посвящена ненависти к капиталистической системе и обучению других этому чувству.