Томас Стриблинг - Мегафон

Пятидесятая улица — улица тихая и мирная, окаймленная двумя рядами домов с однокомнатными квартирами. Обитатели Пятидесятой улицы, встречаясь изо дня в день, иногда начинали раскланиваться друг с другом, хотя и не были знакомы.

К дому № 16 подъехало такси, — редкое явление на Пятидесятой улице. Из машины вышли двое мужчин — два чистильщика окон, судя по ведрам, щеткам и резиновым швабрам, которые они держали в руках.

Чистильщики окон были люди молодые. Один из них отличался светлыми, почти белыми волосами, сильно развитой шеей и атлетическим сложением. Приехавшие быстро поднялись на каменное крылечко и остановились у дверей. Они стояли очень близко друг к другу и украдкой озирались по сторонам, что вряд ли стали бы делать обыкновенные чистильщики.

Беловолосый юноша дернул звонок и в то же время, скривив рот, подмигнул своему спутнику. Спустя некоторое время дверь приоткрылась, и в щель выглянул старичок с газетой в руке; ни слова не говоря, он тотчас потянул дверь к себе, чтобы прикрыть ее, но светловолосый молодой человек поспешно просунул ногу в щель.

— Мистер Гот?

— Мне не нужно мыть окна.

— Мы от «Общества владельцев недвижимости в переулке Деггерс»… у вас там есть дом?

Старик с изумлением выслушал эти слова.

— Ну и что же? — перебил он.

— Он плохо содержится, портит вид переулка, — наставительно заявил молодой человек. — Помимо того, квартирная плата у вас чересчур низкая, и вы неаккуратно взыскиваете ее.

— Вам-то какое до этого дело?

— Вы должны итти в ногу со всеми! — заорал светловолосый. — Должны быть заодно с прочими домохозяевами переулка Деггерс! Объединиться с ними! Защищать себя, а вместе с тем и их!

Старик окинул взглядом своих странных и властных посетителей, снова потянул дверь, но не смог ее закрыть.

Оба гангстера вошли в прихожую и остановились перед домохозяином.

— Что вам нужно от меня? — спросил он уже менее уверенно.

— Нам нужно, чтобы вы выбросили семью Эстовиа на улицу за неплатеж.

— Какого дьявола! — Угрожающее движение беловолосого юноши заставило его снизить тон. — Они заплатят…

— Не годится. «Общество владельцев недвижимости в переулке Деггерс» постановило взимать плату вперед… никаких хвостов… деньги на бочку.

— Но… Эстовиа сейчас не могут заплатить вперед.

— Тогда выбросьте их на улицу.

— Нет, этого я не сделаю, — твердо сказал старичок.

— Не сделаете, вот как?

— Да, не сделаю.

Короткая пауза, после которой светловолосый спросил:

— Видите вон то окно?

— Убирайтесь вон из моего дома!

— Грязноватое окно, мыть надо!

— Вон отсюда, говорят вам!

— Джемс, — приказал белобрысый, — пройдись-ка шваброй по окошку мистера Гота.

Джемс поднял резиновую швабру и быстро, одно за другим, выдавил два стекла. Раздался звон осколков на мостовой.

Старичок побагровел. Весь дрожа, он выскочил на крыльцо и завопил отчаянным голосом:

— На помощь! На помощь!

Джемс вышел вслед за ним.

— Ваши стекла едва держались. Я только притронулся к ним, они и вылетели.

— На помощь!

— Послушайте-ка! — загнусавил молодой человек с белыми волосами, — как вы думаете: что станется с вашей лачугой в переулке Деггерс, если вы не выставите семью Эстовиа?..

Старик продолжал звать на помощь. Жители Пятидесятой улицы, отдыхавшие на крылечках, с любопытством глазели на сердитого мистера Гота, бранившегося с чистильщиками окон. Полисмен быстрым шагом приближался к месту происшествия:

— Эй, что тут такое?

— Эти бродяги побили у меня стекла.

— Только дотронулся… они и выпали… еле держались…

— Я не просил мыть их.

Полисмен пожал плечами.

— Вы подрядили их вымыть окна?

— Ничего подобного.

— Конечно, подрядил.

— Я велел им убираться!

Светловолосый юноша обиженно развел руками:

— Вот! Теперь он хочет, чтобы вы нас забрали, оттого что его стекла вывалились, как только до них дотронулись.

Полисмен помахал своей дубинкой:

— Придется вам подать жалобу в суд. Попробуйте взыскать убытки.

Мистер Гот побагровел пуще прежнего:

— Я исправно плачу налоги! Я вправе рассчитывать на защиту моей собственности! А тут являются какие-то хулиганы, бьют мои стекла и…

— Подавайте жалобу. Взыщите убытки. Ступайте в отделение на Тридцать пятой улице и спросите сержанта Мэгона.

Старый Гот, спотыкаясь, спустился с каменного крылечка на улицу:

— Пойду и подам на вас жалобу.

Беловолосый юноша нагнал его упругим шагом атлета.