Томас Стриблинг - Мегафон

Канарелли подошел к старинному столику и налил вина в два венецианских бокала.

— Послушай, Белобрысый, — сказал он, подвигая Лангу бокал. — Эти женщины больше не выступят свидетельницами в суде.

Швед напряженно всматривался в лицо своего хозяина.

— Вы хотите сказать… — Он сделал рукой движение, смысл которого был ясен.

— Нет, это вызвало бы еще большую огласку… газеты подняли бы вой… — Он швырнул на стол купленные по дороге газеты… — Нет… что-нибудь попроще… что-нибудь очень обыкновенное… должно приключиться с семьей Эстовиа.

Светловолосый юноша цинично предложил:

— Может попасть что-нибудь в пищу, ну, скажем, в… молоко.

Плюгавый человечек откинул голову и залился беззвучным смехом.

— В молоко! Мне возиться с молоком, когда все молочницы города платят мне за то, чтобы никто не заглядывал в их кувшины. Вздор! Кому принадлежит дом, где Эстовиа варят свой сироп?

— Не знаю.

— Не знаешь? Так узнай!

— Сейчас.

Ланг подошел к телефону, стоявшему на письменном столе, и набрал номер.

— Алло! Муниципалитет? Регистратура? Мне нужно узнать фамилию человека или название организации, которой принадлежит дом № 21 по переулку Деггерс.

Наступило короткое молчание, во время которого Белобрысый смотрел, не отрываясь, на своего начальника; потом он сказал громко:

— Некий мистер Гот.

— Спроси, где он живет.

— А как его найти? — Минуту спустя швед ответил на собственный вопрос… — Шестнадцатый район, Пятидесятая улица.

— Пятидесятая улица… Пятидесятая… — повторил в раздумье Канарелли. — Думается мне, что Эстовиа задолжали арендную плату, и этот мистер Гот, конечно, делает им поблажки… и напрасно… совершенно напрасно. Это идет во вред другим домовладельцам… да, чорт возьми, Белобрысый, идет во вред другим домовладельцам — ты понимаешь?

— Не-ет, я не…

— Ну, как же, ведь если домовладелец дает неисправному жильцу волю, тот может сбежать, не заплатив за квартиру, поселиться в другом доме, снова сбежать, не заплатив, и так далее — словом, жить себе и поживать бесплатно за счет домохозяев. Ты разве не знаешь, что у нас в Мегаполисе тысячи людей именно так и живут?

— Ну, знаю.

— Так вот, не кажется ли тебе, что было бы настоящим добрым делом организовать Лигу защиты домовладельцев, которая будет следить за тем, чтобы все домовладельцы во-время взыскивали квартирную плату? Конечно, с небольшим взносом в нашу пользу за общее наблюдение и канцелярские расходы.

Швед взирал на него с недоуменным выражением.

— Силы небесные, Джо, зачем вам понадобился еще новый рэкет?

— А зачем, чорт возьми, люди строят еще новые суда, небоскребы и самолеты? Зачем, вообще, трудится любой богач?

И снова маленькому человечку показалось, будто он вырос. Он бросил взгляд в зеркало. Перед ним роились заманчивые видения.

— Ну ладно, это так, между прочим… Ты ступай к этому мистеру Готу, обработай его и добейся, чтобы он выгнал Эстовиа за неплатеж аренды… а после этого… если они куда-нибудь уедут, кому это может показаться странным?

— Я возьму с собой Лефти Джонса… но, вы знаете, ведь наябедничали не Эстовиа, они просто…

Канарелли двинулся к своему помощнику, угрожающе подняв руку, но в это время в соседней комнате послышался шорох.

Рэкетир насторожился, как охотничья собака. Крадущимися шагами подошел к двери, приложил глаз к замочной скважине и распахнул дверь настежь. Он секунду постоял на пороге и воскликнул с удивлением.

— Элла! Какого чорта вы тут делаете?

Подруга Белобрысого Ланга вышла из соседней комнаты, несколько растерянная.

— Я только что зашла сюда.

— Как вы сюда попали? Откуда у вас ключ?

— Сибилла дала.

— Сибилла?

— Да, мы ходили за покупками, и у меня разболелась голова. Она дала мне свой ключ, и я пришла полежать.

— Вы спали?

— Нет, не спала.

— Вы слышали, о чем мы говорили?

— Слышала.

Белобрысый Ланг с тоской взглянул на свою приятельницу.

— Элла — хорошая девушка… она не подведет.

— Ты отправляйся в Шестнадцатый район, Пятидесятая улица. Разыщи Лефти и действуй.

Светловолосый юноша взглянул на Эллу и пошел к дверям, сильно расстроенный.

Когда Ланг вышел из комнаты, выражение лица Канарелли изменилось. Он протянул руку:

— Во второй раз это не пройдет. Лучше верни-ка мне ключ… и послушай, Элла… Ты знаешь, о чем мы говорили… так вот у меня к тебе дело…

Мистер А. М. Гот, недвижимостью которого интересовался Белобрысый Ланг, жил в доме из темного камня; когда-то, повидимому, это был нарядный особняк, но дожди и ветры давно разрушили лепную отделку фасада.