Томас Стриблинг - Мегафон

— А вы все-таки отложите!

— Но на следующих выборах… здесь столько народу… — Судья покачал головой и торопливо продолжал: — Мне сказали, что один из шайки согласен признать себя виновным.

Мелтовский слегка кивнул головой.

— Я знаю, они выделили Белобрысого Ланга, но если бы можно было затянуть дело…

Судья Пфейферман покачал головой и крикнул громко, обращаясь к секретарю:

— Ансон Ланг явился в суд?

Секретарь выкликнул нараспев:

— Ансон Ланг, предстаньте перед судом!

И тотчас в дверях камеры показался Сол Мирберг, а за ним светловолосый швед.

— Я позвонил ему, — сказал Ланг вполголоса, ни к кому, в частности, не обращаясь.

Мелтовский стал объяснять, в каком положении дело:

— Я просил отложить дело слушанием на том основании, что мистер Каридиус избран в члены Конгресса.

Снова взрыв хохота в публике.

Но тут выступил Мирберг, и толпа сразу притихла.

— Ваша честь, — внушительно сказал он. — Это дело возбуждено по инициативе достопочтенного Генри Каридиуса, как представителя «Лиги независимых избирателей». Разрешите мне упомянуть о том, что я сам состою в этой организации и являюсь таким же непримиримым врагом хулиганства, позорящего наш город, как и любой другой независимый избиратель.

Сенсация.

— Но я не могу допустить, чтобы человек, которому мы оказали честь, выбрав его в члены Конгресса Соединенных Штатов, чтобы такой человек унизился до участия в ничтожном процессе в одной из низших судебных инстанций нашего города. Выступление в суде несовместимо с достоинством человека, который призван не толковать законы, а издавать их. — Кое-кто из зрителей одобрительно кивнул. Мирберг поднял руку. — И к тому же в настоящий момент наш избранник, достопочтенный Генри Ли Каридиус, приведший к победе прогрессивные силы нашего города (аплодисменты), находится на пути в Вашингтон, дабы присутствовать на ежегодном траурном заседании в память тех слуг народа, членов Конгресса, которые умерли на своем посту (волнение в публике). Если бы настоящий состав суда допустил, чтобы второстепенного значения дело о хулиганстве помешало нашему представителю в Конгрессе принять участие в торжественном обряде в память усопших, он проявил бы неслыханное отсутствие благопристойности. Принимая во внимание данные обстоятельства, я полагаю, что вполне в компетенции настоящего суда объявить дело отложенным на срок, достаточный для того, чтобы стороны могли стянуть свои силы и вместе с тем дать нашему представителю возможность проследовать в Вашингтон для выполнения своего высокого нравственного долга.

Продолжительные аплодисменты приветствовали этот призыв. Когда они затихли, судья Пфейферман глубокомысленно кивнул головой:

— Принимая во внимание все обстоятельства, суд откладывает слушание дела на две недели. Секретарь, отметьте в календаре. Огласите следующее дело.

Публика повалила к выходу, перебрасываясь отдельными замечаниями. Один из репортеров шепнул другому:

— Начинается старая волынка.

— Само собой, — кивнул тот. — Где же это, однако, мой фотограф? Отсюда мне надо попасть…

Мисс Стотт нагнала Мирберга и Каридиуса, выходивших вместе.

— Почему мистеру Каридиусу неприлично продолжать процесс? — спросила она.

— Потому что он избран в Конгресс, — ответил Мирберг, улыбаясь. — Считается неподходящим для члена Конгресса, чтобы…

— Но он проходил ведь под лозунгом реформ.

— Причем тут они? — пожал плечами Мирберг. — Раз движение за реформы провело своего кандидата на официальную должность, кончено, больше делать нечего… лозунг реформ победил!

Проводив до порога судебной камеры своих двух соратников по проведению реформ и запасшись той порцией надежды и поддержки, которую она могла получить от их патриотических и добродетельных рассуждений, мисс Конни Стотт вернулась к семейству Эстовиа.

Она чувствовала себя ответственной за судьбу женской половины семьи, так как только ее настойчивость и энтузиазм извлекли их из глухого переулка и привели в камеру судьи Пфейфермана в качестве свидетельниц против Джо Канарелли. Она застала обеих женщин в состоянии панического страха. Они не решались выйти на улицу и отправиться домой пешком. Пересчитывая содержимое своих тощих кошельков, они прикидывали, хватит ли у них денег на такси.

Пылкий секретарь «Лиги независимых избирателей» попытался рассеять их страхи. Ведь ничего страшного не произошло. Нужно только через две недели непременно явиться в суд и свидетельствовать против Канарелли. Для того чтобы вывести ржавчину шантажа и рэкета, разъедающую город, требуется только решительный и бесстрашный отпор со стороны непоколебимого среднего класса, представительницами которого они обе являются. После этого мисс Стотт пересекла улицу, зашла в аптекарский магазин и стала названивать по телефону, сзывая гостей на банкет, который «Лига независимых избирателей» давала в отеле «Эмбасси» в ознаменование победы на выборах достопочтенного Генри Ли Каридиуса.