Уинстон Грэхем - Демельза [litres]

Снегирь улетел.

Солнце добралось до дома, протянуло свои лучи по усыпанному песком полу, рябому от следов обуви. Осветило перевернутый стул и разбросанные по полу огниво, огарок свечи и шахтерскую шляпу.

На пороге лежал сорванный Керен луноцвет. Его раздавили, но белые влажные лепестки еще не успели потерять свою свежесть.

Россу снилось, что он спорит с сэром Тревонансом и другими акционерами из-за медеплавильного завода. В этом сне не было ничего удивительного, ведь в последнее время вся его жизнь наяву была посвящена защите интересов «Карнморской медной компании». Все силы были брошены в бой, и никто не знал, чем он закончится.

В этой битве все методы были дозволены. На «Объединенные шахты» оказывалось серьезное давление, Ричарда Тонкина вынудили уйти из правления, а у сэра Джона Тревонанса затянулась судебная тяжба в Суонси.

Россу снилось собрание, которое должно было состояться через несколько дней в доме Тревонанса, и на этом собрании все говорили одновременно. Росс без конца стучал по столу, призывая участников дискуссии к порядку, но его никто не хотел слушать, и чем больше он стучал, тем сильнее шумели спорщики. Потом все вдруг умолкли, а Росс обнаружил, что лежит на своей кровати и слушает, как кто-то стучит в парадную дверь.

Уже рассвело, сквозь не полностью зашторенные окна светило солнце. Гимлетты скоро встанут. Росс потянулся к часам, но оказалось, что он, как обычно, забыл их завести. Рядом на подушке темным облаком раскинулись волосы Демельзы. Ее дыхание было ровным, как ход часов. У нее никогда не возникало проблем со сном. Если Джулия просыпалась среди ночи, Демельза вставала, успокаивала малышку, а через пять минут засыпала сама.

Кто-то торопливо спустился вниз, и стук прекратился. Росс выскользнул из постели, а Демельза села, как всегда свежая, словно бы и не ложилась спать.

– Что там такое?

– Не знаю, дорогая.

В дверь постучали, и Росс открыл. В подобных ситуациях он почему-то до сих пор все еще ожидал увидеть Джуда.

– Прошу прощения, сэр, – сказал Гимлетт, – там вас мальчик спрашивает. Чарли Барагванат, сын садовника из Мингуса. Он ужасно расстроен.

– Сейчас спущусь.

Демельза тихо вздохнула. Она думала, что это какие-то известия о Верити. Весь вчерашний день, чудесный солнечный день, бо́льшую часть которого они провели на пляже, гуляя босиком по мелководью, золовка не шла у нее из головы. Это был день освобождения Верити, и она, Демельза, планировала его дольше года. Теперь ей не терпелось узнать, как все прошло.

Демельза сидела на кровати, подтянув покрывало к самым глазам, и наблюдала за тем, как Росс одевается и выходит из комнаты. Ей так хотелось, чтобы его перестали беспокоить по разным делам. Единственным ее желанием было остаться наедине с мужем и дочерью. Но гости приходили все чаще, особенно, как иронически называл их Росс, ее воздыхатели. Сэр Хью Бодруган вот уже несколько раз заезжал на чай.

Вернулся Росс. Демельза сразу поняла: что-то неладно.

– В чем дело?

– Мальчишка лопочет не пойми чего, сложно разобрать. Думаю, что-то на шахте.

Она села:

– Несчастный случай?

– Нет. Ты поспи, сейчас еще только пять утра.

Росс снова спустился вниз, к мальчишке, который так стучал зубами, будто продрог до костей. Росс дал ему пару глотков бренди, и они направились через яблоневый сад на холме.

– Ты первый туда пришел? – спросил Росс.

– Да, сэр… Я… я обычно заглядываю к ним по пути. Они, правда, не всегда дома в это время года. Да еще так рано. Но я всегда хожу этой дорогой. Я подумал, что хозяев нет дома. А потом я увидел ее… потом увидел… – Мальчишка закрыл лицо руками. – Я чуть в обморок не хлопнулся. Правда, сэр. Чуть не упал прямо там.

Когда они подошли к дому, там уже стояли трое мужчин: Пол Дэниэл, Заки Мартин и Ник Вайгус.

– Мальчик сказал правду? – спросил Росс.

Заки кивнул.

– В доме есть кто-нибудь?

– Нет, сэр.

– А вы знаете, где сейчас Марк?

– Нет, сэр.

– За доктором Энисом послали?

– Только что, сэр.

– Да, уж за ним-то мы послали, будьте уверены, – с горечью добавил Пол Дэниэл.

Росс мельком глянул на него и велел:

– Заки, пойдешь со мной.

Они вместе направились к открытой двери, Росс пригнулся и вошел в дом.

Керен лежала на полу. Кто-то накрыл ее одеялом. Солнечный свет заливал его золотистым потоком.

– Но мальчик говорил…

– Да… Мы ее перенесли. Нам показалось неправильным оставлять бедняжку вот так.