Уинстон Грэхем - Демельза [litres]

Росс опустился на одно колено и приподнял одеяло. На Керен был красный платок, который Марк выиграл год назад на состязаниях борцов. Росс встал и вытер ладони.

– Заки, а где был Марк, когда это случилось? – спросил он вполголоса, чтобы никто не мог подслушать.

– Он сегодня работал в ночь, капитан Росс, и сейчас как раз должен был вернуться. Но в самом начале смены с ним произошел несчастный случай. Наш Мэтью пришел домой и лег спать в начале первого.

– Как думаешь, где он может быть?

– Вот уж не знаю.

– Вы послали за приходским констеблем?

– За кем? За стариком Вейджем? А надо было?

– Да нет, это приход Мингуса, и делом займется Дженкинс.

На пол упала чья-то тень. Это был Дуайт Энис. Лицо белое как полотно, а глаза лихорадочно блестят.

– Я… – Он посмотрел на Росса, потом на тело на полу. – Я пришел…

– Чертовски неприятное дело, Дуайт.

Росс испытывал к молодому человеку дружеское расположение, поэтому он повернулся к Полу Дэниэлу, который тоже вошел в дом, и сказал:

– Идемте, не будем мешать доктору осматривать тело.

Пол был против, но возражать такому уважаемому человеку, как капитан Полдарк, не стал. Они вышли из дома. Росс оглянулся и увидел, как Дуайт наклонился, чтобы откинуть одеяло. Рука у него дрожала; казалось, молодой врач вот-вот упадет без чувств прямо на труп Керен.

Весь день никто не слышал о Марке Дэниэле. Около полуночи он, раненый и почерневший от гари, поднялся из шахты, перед рассветом разоблачил неверность жены, а потом его поглотил теплый день.

Больше никто ничего не знал. Но шепоток об измене Керен, как ветер в траве, распространился по округе, и никто не сомневался в том, что именно это и послужило причиной ее смерти. И, что любопытно, похоже, никто не сомневался в справедливости такого исхода. Греховодница получила по заслугам. С того момента, как эта девица появилась в их краях, она постоянно выставляла себя напоказ перед здешними мужчинами. Любая женщина, у которой было хоть немного мозгов, понимала, что Марку просто так рога не наставишь. Керен тоже знала, чем это чревато, но решила рискнуть. Она поставила на свой быстрый ум против его медленной силы. Какое-то время ей все сходило с рук, но потом она совершила ошибку, и тут-то для нее все и закончилось. Возможно, это было не по закону, но зато справедливо. А «Тот мужчина» должен был благодарить небеса, что остался жив. Будь он не так осторожен, тоже лежал бы сейчас там, на полу, со сломанной шеей. На его месте любой бы уже сел на лошадь и ускакал миль за двадцать от Мингуса. И не возвращался бы, пока Марк на свободе. Потому что, несмотря на всю его ученость, он для Марка был сопливым мальчишкой, которого здоровяк-шахтер мог сломать, как прутик.

Впрочем, Эниса не сильно осуждали, хотя и могли бы.

За те месяцы, что Дуайт здесь прожил, он успел завоевать любовь и уважение, а вот Керен местным с самого начала не нравилась. Они могли бы ополчиться на Эниса, который разрушил чужую семью, но вместо этого винили Керен, за то, что она соблазнила молодого врача и сбила его с пути истинного. Многие женщины видели, как Керен смотрела на их мужей. «Это не его вина», – говорили они. Но все же никто из местных не хотел бы оказаться на месте доктора. Он был вынужден прийти к Марку и осмотреть тело; рассказывали, что, когда Энис покинул дом, пот с него лил в три ручья.

В шесть вечера Росс отправился повидать Дуайта.

Сначала Боун не хотел его впускать: «Доктор велел ни под каким предлогом его не беспокоить». Но Росс даже слушать не стал и решительно вошел в дом.

Дуайт сидел за столом с выражением беспросветного отчаяния на лице и смотрел на лежавшую перед ним груду бумаг. С утра он не переоделся и не побрился. Увидев Росса, Энис встал:

– У вас какие-то важные новости?

– Никаких новостей. Но вот что действительно важно, Дуайт. На вашем месте я бы здесь не оставался. Уезжайте, проведите несколько дней в городе у Паско.

– Зачем мне уезжать? – не понял Дуайт.

– Затем что Марк Дэниэл – опасный человек. Неужели вы думаете, что, если обманутый муж решит с вами поквитаться, его смогут остановить Боун и пара замков на дверях?

Дуайт закрыл лицо руками:

– Значит, вам уже все известно?

– Ну, удивляться тут нечему. В сельской местности все обязательно выплывает наружу. Так вот…

– Я никогда не забуду ее лицо! – сказал Дуайт. – Я целовал ее всего за два часа до этого!

Росс прошел через комнату и налил доктору стакан бренди: