Уинстон Грэхем - Демельза [litres]

– Назад, парень! Не весь заряд взорвался!

Но Мэтью не мог оставить старшего товарища, и они вместе на ощупь прошли за поворот тоннеля. Мэтью раздул свою свечу и в ее мерцающем свете посмотрел на напарника. По черному лицу Марка текли струйки крови, волосы и брови опалились.

– Ваши глаза, мистер Дэниэл! С ними все в порядке?

Марк посмотрел на свечу:

– В порядке, вижу нормально.

В тоннеле снова раздался грохот – это взорвалась оставшаяся часть заряда. Из-за поворота выплыли клубы черного дыма.

– Вот тебе наука, парень. С порохом всегда надо осторожно.

– У вас лицо все в крови.

Марк уставился на свои ладони:

– Это я его руками запачкал.

Левая ладонь и пальцы кровоточили. Все случилось из-за того, что порох отсырел, но именно это обстоятельство и спасло ему жизнь. Марк достал из кармана грязную тряпку и обмотал ею руку.

– Подождем, пока дым рассеется, и поглядим, что у нас получилось.

Мэтью присел на корточки и озабоченно посмотрел на окровавленного Марка:

– Вам бы доктору показаться. Пусть он хорошенько все перевяжет.

Марк резко встал на ноги.

– Нет уж, подыхать буду, а к доктору не пойду, – заявил он и направился к обвалившейся стене.

Они начали работать, но скоро Марк понял, что не может толком пользоваться раненой рукой; кровь никак не останавливалась, а лицо щипало и саднило.

Еще через час он сказал:

– Пойду-ка я подышу немного. И ты, парень, тоже лучше побудь на воздухе. Нечего тебе без нужды дышать этой гарью.

Мэтью с радостью отправился за ним; мальчик, хоть он в этом и не признавался, в ночную смену уставал больше, чем в дневную.

Они дошли до основного ствола шахты и начали подниматься на поверхность. Расстояния здесь были небольшие, не сравнить с теми, что на Грамблере, и вскоре оба уже вдыхали свежий воздух и слушали шум моря. Нет ничего слаще, чем глоток свежего воздуха после подъема из шахты. Еще пара шахтеров отдыхала неподалеку. Они подошли к Марку и начали давать ему советы.

Вообще-то, Марк поднялся, чтобы наложить нормальную повязку, а потом собирался снова спуститься в забой. Но пока он разговаривал с товарищами и они перевязывали ему руку, вернулись все старые тревоги. Марка накрыла волна отчаяния и злости; он понял: в эту ночь все и решится.

Какое-то время Дэниэл держался, убеждая себя в том, что еще слишком рано и надо подготовиться, но потом повернулся к мальчику и сказал:

– Беги домой, парень. Хватит на сегодня. Я, пожалуй, больше не буду ничего подрывать.

На работе Мэтью запрещал себе мечтать о сне – правда, это у него плохо получалось, – но сейчас просто думать не мог ни о чем другом. Вот красота: еще только миновала полночь, а значит, ему подарили целых шесть часов сна! Правда, Мэтью хотел было проявить солидарность и подождать Марка, чтобы вместе пойти домой, но тот так на него рыкнул, что мальчишку буквально сдуло в сторону Меллина.

Дэниэл проводил его взглядом, потом коротко попрощался с товарищами и ушел сам. Шахтерам он сказал, что не уверен, стоит ли тревожить доктора Эниса, но в душе уже все для себя решил. Он знал, что будет делать.

Марк спокойно шел обратно. Когда впереди показался освещенный звездами дом, у него сжалось сердце. Если бы Марк верил в молитвы, он бы молился о том, чтобы его догадки не подтвердились, чтобы Керен оказалась хорошей женой и он мог бы жить с ней и дальше, не опускаясь до подозрений.

Подойдя к дому, Марк взялся за засов и надавил на дверь.

Дверь открылась.

Марк тяжело задышал, как будто всю дорогу бежал сломя голову, и неуклюже шагнул через порог. Даже не останавливаясь, чтобы зажечь свечу, он сразу прошел в спальню. Ставни были закрыты. В темноте, ощупывая стену дома – своего дома, – он прошел к кровати. Угол, грубое одеяло. Присел на краешек и провел рукой по постели. Керен – его Керен – не было.

Марк застонал от боли. Он знал, что это конец. Его душили слезы. Так он некоторое время и сидел, задыхаясь от рыданий.

Выйдя из дома, Марк потер пальцами глаза, посмотрел по сторонам, шмыгнул носом и отправился по направлению к Мингусу.

В темноте показался домик привратника, Марк обошел его кругом, чтобы посмотреть что и как. В верхнем окошке он приметил полоску света.

Остановился и постарался унять боль, которая бурлила у него в крови и рвалась наружу. Дальше – дверь. Марк призадумался. Постучать – значит дать им время. Керен может успеть ускользнуть другим путем. Эти двое соображают быстрее его. Они станут нагло изворачиваться и наверняка сумеют выкрутиться. Нет, в этот раз он должен получить доказательства.