Уинстон Грэхем - Демельза [litres]

– Признаюсь, я изрядно подустал. Я получил удовольствие, но мы не договаривались играть всю ночь напролет. Остановитесь, пока фортуна снова от вас не отвернулась.

Росс стоял на своем:

– Сыграем еще часок и сделаем перерыв.

Сэнсон заморгал:

– Полагаю, хозяин вправе…

– И удвоим ставки, – перебил его Росс. – Это ускорит игру.

– Я полагаю, хозяин… – снова начал Сэнсон.

– Я не расположен бросать игру на этом этапе.

Они встретились взглядами.

Мельник пожал полными плечами:

– Хорошо. Еще час. Сдавайте.

Судя по тому, как дальше складывалась игра, Россу следовало прислушаться к совету Сэнсона – удача снова от него отвернулась. К половине четвертого у Росса оставалось всего шестьдесят фунтов. Без четверти четыре уже не было ни одного. Сэнсон обливался потом. Демельзе стало дурно, она едва стояла на ногах. Зрителей осталось всего семеро.

Спустя еще полчаса Полдарк с мельником стали торговаться за акции Уил-Лежер. Сэнсон ни в какую не хотел принимать их в качестве ставки. Со стороны можно было подумать, будто это он проигрывает.

Пять минут ушло на торг, часы пробили четыре, а игроки оставались на прежних позициях. В пять минут пятого у Росса на руках оказались козырные король, десятка и туз, а также две младшие карты. На первом сбросе он взял двух королей и поставил пятьдесят фунтов, что при таком раскладе было равно ста фунтам. Когда открыли карты, выяснилось, что у Сэнсона пять козырей, и решающая взятка осталась за ним.

Демельза огляделась по сторонам, прикидывая, куда бы присесть, но ни одного стула поблизости не оказалось. У нее потемнело в глазах, она ухватилась за спинку мужнина стула.

Росс сдал себе семерку, восьмерку и девятку бубен, а также девятку и десятку пик. Учитывая, что козырями были червы, надеяться Полдарку было не на что.

– Прикуп, – сказал мельник.

– Сколько?

– Одну.

– А я – все.

Росс сбросил все пять карт, а потом, будто забыв, что карту первым должен брать противник, потянулся к колоде одновременно с Сэнсоном. Их руки встретились, и Полдарк, вместо того чтобы тянуть карту, схватил мельника за запястье. Сэнсон что-то буркнул, а Росс вывернул ему руку ладонью кверху, и все увидели козырного короля.

В комнате на секунду воцарилась тишина.

– Интересно, как вы объясните то, что карта оказалась у вас еще прежде, чем вы вытянули ее из колоды?

Казалось, Сэнсон вот-вот хлопнется в обморок.

– Чушь какая, – сказал он. – Вы меня схватили после того, как я вытянул карту.

– Я склонен думать, что так оно и было, – вступился за мельника Джордж Уорлегган. – Если…

Но тут вмешались Хик с Воспером:

– Нет-нет! Он не вытягивал!

Росс выпустил запястье толстяка, схватил его за грудки, рывком стащил со стула и притянул к себе через стол:

– Дайте-ка я посмотрю, нет ли при вас еще каких-нибудь секретов.

Поднялась суматоха. Стол опрокинулся, соверены и гинеи раскатились по полу. Сэнсон лежал на спине и пытался сопротивляться, а Росс разорвал его кружевную сорочку и стащил с него сюртук.

В потайном кармане сюртука обнаружились две карты. Это был конец.

Росс поднялся, вытащил из карманов мельника все свои проигранные деньги и положил их на стул. Сэнсон стоял словно язык проглотил, а потом вдруг ринулся за своим сюртуком. Росс просто бросил сюртук на пол, а его хозяина оттолкнул подальше. Мельник повалился на стул. Он запыхтел и снова встал на ноги. Росс быстро развернул толстяка и ухватил его за шкирку и за ремень бриджей.

– Фрэнсис, открой окно.

Перед ним возникла могучая фигура Уорлеггана.

– Послушайте, капитан Полдарк, у нас тут не приветствуются грубые забавы.

Росс шагнул в сторону и потащил упирающегося мельника к стеклянным дверям. Они вышли и спустились с крыльца. Кто-то из гостей направился следом, но Джордж Уорлегган остался стоять на пороге.

Река пересохла, при свете поздних звезд она была похожа на черную канаву с отлогими берегами. Росс подошел ближе, Сэнсон отчаянно забрыкался, а когда они оказались на самом краю берега, начал во все горло звать на помощь. Росс хорошенько потряс мельника, пока тот не замолчал, а потом, поднапрягшись, поднял его над землей и забросил в реку. Тонкий, похожий на детский, крик Сэнсона оборвался, сменившись смачным шлепком.

Восстановив равновесие, Полдарк посмотрел вниз, но в темноте ничего не увидел. Тогда он развернулся и, ни на кого не глядя, пошел обратно в дом. Возле крыльца Джордж схватил его за руку: