Якоб Тик - Зигфрид

Истина же заключается в том, что малое время спустя один из противников юноши был ранен в лоб, и из раны обильно потекла кровь. Другой же сделал было выпад, но атакуя незнакомца, растерялся и был освистан. Молодежь замка едва не задушила юного рыцаря в объятиях — забавный мальчик вызвал у всех присутствовавших единодушный восторг. И даже сам старый рыцарь, все время державшийся в стороне, с радушной улыбкой подошел к юноше, вышедшему из борьбы победителем и не получившему ни единой царапины, и от души пожал ему руку. И юный рыцарь заслужил это рукопожатие! Но юноша по-прежнему сохранял хладнокровие, озираясь по сторонам…

И вот настал день следующего испытания!

Из дальней долины, из-за скал, пригнали табун диких лошадей. От табуна отделили трех жеребцов, которых можно было бы назвать четвероногими дьяволами. Не нашлось бы рыцаря, который бы удержался на спине этих демонов. Был среди коней один, с белой звездочкой во лбу; он отличался очень злобным нравом, и постоянно лягался. А если бы и нашелся смельчак, который вздумал к коню приблизиться, то уже заранее мог бы приглашать друзей к себе на панихиду!

— Это те самые кони, юноша… — сказал старый рыцарь, почти уверенный, что мальчику-рыцарю придется туго в бешеной скачке.

Но юный рыцарь, такой же спокойный, спросил только:

— Кто будет моим помощником?

Косматый рыцарь, храбрый и неунывающий, вызвался первым. И началась потеха!

Я не сумею рассказать тебе все, Зигфрид! Лучше будет, если я скажу кратко: к концу недели юноша сломил упорство трех непокорных жеребцов. И довольный старый рыцарь подарил ему коня с белой звездочкой во лбу, равного по красоте ему не было!

В тот же вечер старый рыцарь велел позвать к себе юношу и обратился к нему со словами:

— Ты доказал, что редкий человек может сразиться с тобой, и что, как всадник, ты не имеешь себе равных. Теперь ты должен был бы пройти последнее и самое трудное испытание. Но я только спрошу тебя, я хочу поверить тебе на слово, — способен ли ты соглать?

— Клянусь вам, рыцарь, — отвечал юноша, — клянусь вам светом, который я вижу, что ни разу в жизни не обманул ни одного человека. Никому я не мог солгать.

— Что ж, прекрасно! Отныне ты будешь стражем в этом пещерном крае, я вверяю тебе свой замок, свои владения, а также и быка Избранника. Оттого, будет ли он жив, зависит мое счастье, а потому, пока я жив, ты должен будешь охранять его жизнь и следить, чтобы он не ушел. Ты можешь построить себе дом в любом месте и взять столько скота, сколько захочешь, ибо если наш договор вступает в силу, земля и скот в течение целого дня будут принадлежать тебе.

— Хорошо, мой достопочтенный рыцарь.

— Можешь идти. Но я хочу, чтобы каждый день в час заката ты приходил сюда, на это место, и рассказывал о том, что происходит в округе, и о том, жив ли бык Избранник. Таким образом я буду знать, что счастье еще со мной.

На следующий же день, когда солнце коснулось линии горизонта, в долине послышался топот копыт, и вскоре новый страж остановил своего коня с белой звездочкой на лбу перед деревом, где поджидал рыцарь. Юноша почтительно приветствовал хозяина замка такими словами:

— Вот уже заходит солнце,

Вам я кланяюсь в сей миг,

Новостей покуда нету,

Жив-здоров волшебный бык.

Сказавши это, он тотчас вскочил на коня, слегка пришпорил его и галопом поскакал туда, где ждали его заботы.

Так было каждый день. Перед заходом солнца юноша стремительно подъезжал к дереву, останавливал коня и, прежде чем ускакать снова, говорил старому рыцарю:

— Вот уже заходит солнце,

Вам я кланяюсь в сей миг.

Новостей покуда нету,

Жив-здоров волшебный бык.

А время все текло и текло, сплетая бесконечную нить. Чувство счастья не покидало старого рыцаря, хотя он клонился все ниже под грузом прожитых лет. Он заметил, что жизнь его медленно уходит, но каждый час и каждую минуту он жил в блаженстве и покое.

И для того, чтобы счастье его достигло предела, произошло нечто совершенно неожиданное. Ибо к старому рыцарю, который давным-давно потерял жену и дочь, остался один на белом свете, приехали четверо племянников, о которых он никогда не вспоминал: парень, изящный и хорошо воспитанный, и его сестры, три столь очаровательные девушки, что молодые люди, едва увидев их, теряли головы. Приехали они издалека, из тех самых краев, откуда много лет назад уехал некий юноша, объятый скорбью.

Они добровольно отправились в нелегкий путь, чтобы повидать дядю, который, как им было известно, жил среди пещер и скал, один-одинешенек. После долгого пути они собрались под деревом, подробно рассказывая дяде о почти забытых родственниках, повествуя о разных происшествиях и украшая беседу звонким молодым смехом, которого старый рыцарь давно не слыхал. Даже его воспоминания о скорбных событиях прилетели теперь к нему как привет из прошлого, без горечи и без печали. Очарованный старик просил, чуть ли не умолял молодежь пожить у него и усладить лаской последние дни его жизни. Когда же племянники приняли его приглашение, старый рыцарь, будучи не в силах сдержать свои чувства, заплакал на радостях и нежно поцеловал розовую щечку самой юной из своих племянниц, и его иссохшие, дрожащие руки с благодарностью ощутили сладость ласки.