Эдвард Резерфорд - Дублин

— Никаких сомнений.

— Так, я его поймал! — закричал Пинчер с восторгом, который и не пытался скрыть. — Я могу уничтожить Орландо Уолша!

В течение всего того декабря Орландо Уолш сидел в своем имении с семьей тихо, как мышка.

Было слишком заметно, что зимы стали холоднее, чем во времена его детства, а уж этот год оказался самым холодным из всех, какие только могли припомнить люди.

Близилась середина зимы, с севера неслись завывающие ветры. День и ночь на Фингал сыпался снег, пока не лег слоем больше чем в два фута. А после того начался ураган и все вокруг замерзло. В некоторые дни небо было ясным и снег сверкал. Но если от тепла подтаивала его поверхность, то к вечеру мороз снова превращал каждую каплю воды в лед. С карнизов крыши большого амбара повисли сосульки величиной со взрослого мужчину. К Рождеству Орландо услышал, что реку Лиффи рядом с Дублином сковало льдом.

Вокруг имения Уолша было спокойно. К северу вроде бы продолжались налеты на фермы протестантов. На юге протестанты из Дублинского замка высылали отряды, чтобы сжечь собственность католиков, попавших под подозрение.

— Они просто подталкивают их к бунту, — говорил Орландо жене. — Чтобы доказать, что все католики — предатели.

А тем временем могущественный лорд Ормонд, единственный человек, имевший реальное влияние в правительственном лагере, собирал военные силы, которые обещал привести к Дублину.

Наутро после Рождества тот джентльмен из Свордса опять приехал.

— Мы вооружаемся, Уолш, — сообщил он Орландо. — Наверняка будет сражение. Ты к нам присоединяешься?

— Нет, — ответил Орландо.

— Боишься? — Мужчина ухмыльнулся. — Мы уже однажды разбили их.

— У меня нет желания воевать с Ормондом, — просто ответил Уолш.

Прежде всего великий вельможа мог, скорее всего, собрать силы, с которыми пришлось бы считаться. Но он был и главной надеждой. Могущественный глава клана Батлер мог поклясться поддерживать Протестантскую церковь короля, но при этом был человеком сдержанным, и у него были десятки родственников-католиков.

— Нам следует договариваться с ним, а не сражаться, — сказал Орландо.

— Но все остальные с нами! — заявил человек из Свордса.

Это вовсе не было правдой. Орландо отлично знал, что немало землевладельцев-католиков, включая его соседей Толботов из Мэлахайда, держались в стороне. Другие позволили младшим сыновьям или братьям уйти, но сами благоразумно остались дома. Поэтому Уолш больше ничего не сказал и позволил гонцу уехать.

Несколько часов спустя у его дома появилось около десяти человек. Это были рабочие, но не местные. Орландо не понравилось, как они выглядели, но он был осторожен и держался вежливо. Глава отряда сообщил, что он бродячий монах-францисканец. Орландо не слишком ему поверил, но счел за лучшее не спорить. Убедившись, что перед ними дом настоящих католиков, мужчины держались вполне прилично. Орландо спросил, что у них за дело, и монах ответил, что они производят разведку насчет помещений и фуража, потому что армия О’Нейла пойдет этой дорогой. А вот это уже почти наверняка было ложью. Тем не менее Орландо впустил их в дом и накормил, втайне молясь о том, чтобы им не захотелось остаться на ночлег. Но они, к счастью, решили отправиться дальше. Монах сказал, что они едут на север, за Свордс. Когда они уже уезжали, Орландо услышал, как один из них сказал:

— Как только найдем каких-нибудь протестантов, тут же повесим.

После этого визита все было тихо.

Морис Смит смотрел с моста на Лиффи. Это было потрясающее зрелище. Огромные простыни льда накрыли почти все ее воды. Солнце заставляло лед сверкать. Дети скользили по нему неподалеку от берега, а какой-то предприимчивый парень уже наладил прогулки на санях вверх по течению реки.

Первое января. И по крайней мере протестанты пребывали в праздничном настроении. Накануне Ормонд и его отлично обученные солдаты промаршировали по мосту на ледяную равнину Фингала. Добравшись до Свордса, они встретились с необученным отрядом, собранным местными сквайрами-католиками, и без труда разбили их в короткой стычке. К вечеру того дня Тайди уже звонил в большой колокол собора Христа, возвещая победу, а доктор Пинчер вышел на улицы, крича, что протестанты в Дублине должны понимать, что эта победа — доказательство того, что Бог на их стороне.

Морис совсем недолго простоял на мосту, когда заметил небольшой кортеж, въехавший на мост с северной стороны. Пятеро всадников, одетых основательно, в соответствии с погодой. Они подъехали ближе, и Морис увидел, что их шапки покрылись коркой льда. Видимо, им пришлось долго скакать через снежные равнины. Ему стало интересно, кто это такие. На мосту всадники придержали лошадей и поехали шагом. Когда они проезжали мимо Мориса, он обнаружил, что в середине отряда скачет женщина. Ее лицо было наполовину прикрыто, но оно показалось Морису знакомым. Женщина поймала его взгляд и как будто вздрогнула. Они почти миновали его, когда Морис сообразил, что это Елена.