Мелвин Брэгг - Дева Баттермира

За окном луна поднималась над холмами, отражаясь в глади круглого озера. Хоуп возблагодарил судьбу, открывшую перед ним новые возможности. Уж если говорить откровенно, представление сегодня удалось на славу.

— Харрисон из Калдбека?

— Верно, — решительно подтвердил молодой человек.

— Знавал я неких Харрисонов в Уитопе.

— Кузены.

— И еще одного-двоих в Кокермауте.

— Я слыхал, мать говорила, вроде мы им родней доводимся.

— Ни один из них ничегошеньки собой не представляет, — произнес пожилой мужчина не слишком доброжелательно.

Наступило короткое молчание.

— Родственников не выбирают, — прозвучал окончательный вердикт.

— А вы там, случайно, не занимаетесь разведением скота? — попытался зайти с другой стороны пожилой мужчина. — В окрестностях Калдбека не так уж и много фермерских хозяйств, верно? Тут ни акра ровной земли на много миль в округе.

— Мы управляемся, — последовал ответ. Они оба стояли на маленьком заднем крылечке гостиницы: Ричард Харрисон смотрел на неухоженные луга Джозефа Робинсона критическим взглядом, и Робинсона это обижало.

— Настоящий фермер получает хороший урожай только в низинах, — проговорил он.

— Бывает, и не получает, — заключил его более молодой собеседник, все еще не отрывая взгляда от дальних лугов. Ответ задел Джозефа Робинсона за живое. Только этого ему не хватало! Что-то не в меру шустрый этот парень с северных холмов!

— А тебе, как я погляжу, до всего дело есть, так? — поинтересовался Джозеф, однако в голосе его звучали нотки сомнения.

— Как сказать, — ответил Ричард, по-прежнему не удостаивая взглядом пожилого мужчину.

В то время в Камберленде и Вестморленде с каждым днем возрастал интерес к борьбе, впрочем, как и остальным светским развлечениям. Такие превосходные борцы, как Джордж Вуд из «Головы королевы» в Кесвике, могли заработать двадцать пять гиней за один лишь день величайших соревнований, которые ежегодно устраивались в Озерном крае. И конечно же доход станет еще больше, если он сам вложит деньги. Некоторые поговаривали, что спорт этот пришел в Англию от скандинавов, другие утверждали, будто первыми были римляне, которые в конечном итоге завоевали этот край и держали его в повиновении несколько столетий, в качестве наследия оставив после себя нечто большее, нежели кучки камней. А один энтузиаст даже написал научный трактат, проследив истоки спорта непосредственно до той самой ночи, когда Иаков боролся с Богом [36] Бытие, 32. .

Борьба эта представляла собой весьма специфическое зрелище. Двое мужчин, одетые в длиннополые одеяния, пожимали друг другу руки, а затем принимали стойку, согнувшись словно в глубоком поклоне. Удерживая такое положение, они клали головы друг другу на плечи, щека к щеке, точно лошади, почувствовавшие обоюдную симпатию. Их задача заключалась в том, чтобы захватить противника руками и повалить его. Поскольку такой захват являлся весьма важной частью борьбы, то противники мешали друг другу всеми доступными способами, но уж коли дело удавалось, то тут-то и начиналось самое интересное. Два борца принимались толкать и пихать друг друга, тянуть на себя, пританцовывая и топчась на месте, переминаясь с ноги на ногу, а то и подскакивая. Некоторым даже удавалось развернуть противника, ударить его или швырнуть на землю. Проигрывал тот, кто оказывался либо поверженным, либо размыкал руки, сведенные в замок на спине противника. При этом всякий бой обязательно начинался с рукопожатия.

Сейчас два борца сошлись на заднем крыльце гостиницы в словесном поединке. Один был в свое время отличным борцом (многие из местных знаменитостей, например Джордж Вуд или сам он, становились хозяевами гостиниц), Харрисон же относился к числу борцов молодых, которые пока не вкусили славы. Он еще только являлся претендентом на почести и призовые деньги. Так вот Харрисон из Калдбека и Робинсон из Баттермира кружили друг вокруг друга в словесной баталии, пытаясь уловить противника. Казалось, Робинсону вот-вот удастся замкнуть спину противника в ловкий захват. Но куда там! Харрисон изворотливо уклонялся. Пожилому человеку не терпелось дать ему бой, он жаждал помериться силами, хотя и осознавал, что сейчас он уже далеко не в той физической форме, в какой был когда-то много лет назад. Но Харрисон оказался хитрым парнем. Как только Робинсон бросался вперед, в надежде одолеть его, тот всякий раз уклонялся и отскакивал, разрывая захват и не давая возможности старому борцу закрепиться. Однако молодому человеку все время приходилось держать ухо востро: в свое время Робинсон одерживал победы над весьма выдающимися противниками.