Мелвин Брэгг - Дева Баттермира

Перед самой долиной Ситоллер, которая вела дальше на запад до ущелья Хонистер, у самого входа в Баттермир, Баркетт повернул на юг, двигаясь по дну долины. Тропинка была узенькой и проходила вдоль берега ручья, который, несмотря на ливший как из ведра дождь, так и не вышел из берегов благодаря засушливому лету. Баркетт приглашающе махнул Хоупу, который шел следом, и они вместе, согнувшись, забрались под скалу, чтобы ненадолго спастись от дождя.

— Нечего нам мокнуть без надобности, — сказал он. — Дорога не близкая предстоит. Мы не сможем карабкаться по холмам в такую погоду.

Хоуп лишь молча кивнул, сберегая дыхание. Холмы, казалось, слегка светились в сплошной пелене дождя, дымкой окутывавшем всю округу.

— Вскоре прояснится, — заметил Баркетт. — Здесь, наверху, ненастье не бывает долгим.

И в самом деле, как и предсказывал Баркетт, через десять или пятнадцать минут ливень перешел в мелкий моросящий дождик, а вскоре и вовсе прекратился. К этому времени мужчины уже снова тронулись в путь, осторожно ступая по размокшей и скользкой земле.

— Этот день мог бы быть хорошим, — загадочно произнес Баркетт, довольный тем, что погода так резко поменялась.

Они перешли изящный горбатый Стоклейский мост и стали взбираться на первый крутой холм, но городские башмаки Хоупа, не предназначенные для подобных прогулок, все время скользили. Они миновали Грин-Гейбл и подошли к озеру Стайхед, крохотному мрачному озерцу, маленькой капельке на дне гигантской чаши, сформированной чудовищной высоты холмами, самыми высокими во всем к Озерном крае.

Баркетт остановился.

— Отсюда, — сказал он, — вы сможете идти прямиком по дороге… мы ее называем дорогой контрабандистов… дальше, до самого Уайтхейвена… Если мы поднимемся чуть выше по берегу, то вы сможете увидеть море, а уж коль хотите и впрямь запутать следы, то можете идти до Лангдейла, а уж после мимо Конистона и до Улверстона… там всегда полно лодок.

— А где находится Спарклинг-Тарн?

— По дороге к Лангдейлу. — Баркетт указал пальцем. — Вон там. Однако ж не стоило бы так рисковать жизнью и спешить туда ночью. Да вы и сами посмотрите, дорога-то не слишком хорошая, только местные пастухи по ней и умеют ходить.

— Я должен попробовать.

Баркетт кивнул и огляделся по сторонам. Развиднелось. Многочисленные тучи, несшиеся по небу и превращавшие небосвод в серовато-перламутровый туман, сейчас уносились на запад, в открытое море, и сквозь пелену кое-где стали проглядывать солнечные лучи.

— Сколько сейчас времени?

— Как раз минуло семь.

— Если мы пойдем быстрым шагом, мы, так или иначе, успеем добраться до Уайтхейвена, — он указал по направлению Спарклинг-Тарн, — по крайней мере, я могу провести вас до самой дороги, пока не стемнело.

Хоуп отрицательно покачал головой, затем отцепил часы от цепочки и вручил их Баркетту:

— Вам лучше не знать, каким путем я пойду. Вам было бы даже лучше и вовсе не знать, как далеко я зашел.

Баркетт взял часы.

— Нет уж, лучше бы знать, — сказал он, и на его губах заиграла легкая улыбка, словно говорящая: мне все это весьма нравится.

— Мне лучше быть самому по себе. — И слова Хоупа прозвучали вполне убедительно. — Во всяком случае, тот молодой констебль будет ждать вашего возвращения.

— Еще как будет! — беззаботно ухмыльнулся Баркетт. — Он такой, этот парень. Он приходится троюродным братом моей жене.

И с этими словами он кивнул, повернулся и двинулся быстрым шагом вниз по тропинке, обратно в пустую долину, по дороге, которую им только что пришлось преодолеть. И все же из осторожности Хоуп наблюдал за удаляющейся фигурой, Баркетт так ни разу и не оглянулся, и только когда тот совершенно скрылся из виду, полковник, окончательно убедившись, что за ним не подглядывают, отправился к Спарклинг-Тарну.

Это был гораздо более широкий и в то же время не тронутый человеком водный простор, нежели Стайхед. Массивные и опасные утесы вздымались впереди. Хоуп не мог припомнить ни одного места, где бы пейзаж представлялся ему настолько безжизненным, негостеприимным и полным скрытой угрозы. Даже овец, которые, казалось, стали частью местного пейзажа, здесь не было, и это убеждало Хоупа, что земля эта покинута Господом. Тем, кто воспевал Озерный край, точно вновь обретенный рай на земле, следовало бы взглянуть на Стайхед, располагавшийся в самом сердце этого эдема. И тут же, словно опровергая его мрачные мысли, в небе вспыхнула радуга, изогнувшись разноцветной дугой от места, откуда они начали свое восхождение, и упираясь в озеро Васт. Хоуп был поражен.