Уилдер Пенфилд - Факел

— Ну, когда Геракл стал старше, он возвращался домой после победы над Троей. Но началась сильная буря, и корабль Геракла разбился у берега острова Коса, где я живу. Жители Коса схватили копья и вместе со своим царем Еврипилом вышли на бой с Гераклом. Но он был так силен, что победил их всех и убил царя. Тогда царская дочь Халкиопа прибежала на берег и стала танцевать перед Гераклом. Она была очень красива — вроде Дафны. Поэтому Геракл женился на ней, и они много лет жили счастливо на нашем острове. Вот почему некоторые жители Коса считают себя потомками Геракла.

— Расскажи еще!

— Видишь ли, мне скоро надо возвращаться на Кос.

— Самую-самую последнюю!

— Ну, хорошо. Эту историю я сам очень люблю. Когда Геракл был таким же маленьким, как ты, у него был наставник — добрый кентавр Хирон. Геракл немного подрос, и Хирон научил его укрощать диких коней и бороться. И вскоре никто, даже взрослые мужчины, не могли сравниться с мальчиком в силе и ловкости. И знаешь, Хирон, кроме него, обучал и Асклепия. Он научил его искусству исцелять людей, и Асклепий стал замечательным врачом. Потом Асклепий обучил всему, что знал сам, своих сыновей, а они — своих сыновей. И таким образом искусство исцеления, которое создал Хирон, дошло до наших дней… Мы, асклепиады, — его сыновья.

— Да, — сказал Ктесий важно. — Когда я вырасту, я тоже буду асклепиадом.

Гиппократ кивнул.

— Геракл знал, что его отец Зевс хочет, чтобы он использовал свою силу для выполнения всяких трудных задач. И вот, когда он узнал все, чему Хирон мог его обучить, он убил огромного Киферонского льва, который жил в соседнем лесу. Он убил чудовище голыми руками и сделал себе из его шкуры плащ. И вот, накинув этот плащ на плечи, он отправился бродить по свету. Он подошел к перекрестку и не знал, какую дорогу выбрать. А на своем пути он встречал много людей, живших привольной жизнью. И он начал думать, зачем он должен напрягать свои силы, стремясь исправить зло, причиненное другими. Тут он увидел, что к перекрестку по разным дорогам идут две женщины. Одна смеялась и откидывала красивую голову. Ее плащ был пронизан светом, и Гераклу хотелось обнять эту красавицу и крепко поцеловать. «Сверни на мою дорогу, — пела она. — На ней тебя не ждут ни подвиги, ни тяжкие труды. Это дорога безделья, и на ней ты найдешь только покой, лень и отдых. Это дорога счастья, ведущая в страну, где нет сожалений». И Геракл уже почти решил, что пойдет с ней. Но тут приблизилась другая женщина. Глаза ее сверкали. «Человек, наделенный силой и доблестью, — воскликнула она, — должен искать в жизни трудов. Иди по моей дороге! Это нелегкая дорога, доступная лишь сильным. Борьба приносит человеку радость, а успех — счастье. Труд вознаграждается людской хвалой, страдания — улыбкой богов». — «Как тебя зовут?» — спросил Геракл. — «Арете», — ответила она.

Гиппократ посмотрел на мальчика.

— Ты знаешь, какую дорогу выбрал Геракл?

— Да, — ответил Ктесий. — Он пошел с Арете по трудной дороге. Геракл, — продолжал он, — сделал очень много и каждое дело доводил до конца.

Гиппократ кивнул.

— Ты поймешь все это лучше, когда вырастешь. Арете вела всех лучших людей Греции со времен Гомера до наших дней. Она заставляет их стремиться стать первыми в деле, которое они избирают.

Гиппократ встал.

— Ты сказал, что твоя матушка хочет меня видеть?

— Да, — ответил Ктесий, — только я тоже собирался рассказать тебе историю. Или тебе не хочется послушать меня?

— Нет, почему же…

— Ты знаешь, кто такой Посейдон? Он владыка моря.

Гиппократ кивнул.

— Один раз он погнался за очень большим великаном Полибутом и бросил в него свой трезубец. И знаешь, что случилось? В Полибута он не попал, а зато отколол большой кусок земли от Коса, твоего острова. Тогда он схватил этот кусок и швырнул в великана и придавил его. Вот почему маленький остров около Коса всегда дымится.

— Да, — серьезно ответил Гиппократ. — Мы называем этот остров Нисирос.

— А я его видел, — сказал Ктесий. — Мы тогда плыли на корабле на Родос. Великан все еще лежит внизу. Он не может вырваться и только громко рычит. Матушка говорит, что он опрокинет все наши дома, если вырвется.

Помолчав, Ктесий с гордостью добавил:

— А теперь я провожу тебя к матушке.

Гиппократ последовал за ним через маленькую дверь в дом Ктесиарха. Они поднялись по скрипучей лестнице, миновали небольшой коридор и вышли на крытый балкон.

— Наконец-то! — воскликнула мать Ктесия, темноволосая, худенькая женщина с бледным, осунувшимся лицом и темно-карими грустными глазами. Она лежала на постели в дальнем конце веранды. — Я уж думала, вы никогда не придете.