Гэри Дженнингс - Ацтек

Для этой цели Мотекусома получил под начало внушительный военный отряд и большое количество переселенцев, как семейных, так и одиноких. Наверное, многие из них не были довольны своей жизнью в Теночтитлане, а кто-то, возможно, и просто подчинился приказу Чтимого Глашатая сменить место жительства. В любом случае, они не прогадали, ибо, получив из рук Мотекусомы щедрые земельные наделы в Телолоапане и окрестностях, они под его руководством быстро превратили эту захолустную дыру во вполне приличный город. Как только в Телолоапане возвели надежную крепость, а население смогло кормиться собственными трудами, Мотекусома-младший снова был направлен в другое место. Ауицотль переводил его из одной мелкой деревушки в другую: Оцтоман, Алауицтлан — всех названий мне и не упомнить, но эти населенные пункты были расположены на самых дальних границах нашего Союза. Укрепляя отдаленные колонии, Ауицотль решал сразу три задачи. Во-первых, боролся с перенаселенностью городов нашего озерного края, отправляя туда переселенцев из Тескоко, Тлакопана и из других мест, в том числе и из самого Теночтитлана. Во-вторых, на границах наших владений возникали надежные опорные пункты. А в-третьих, энергичный и способный Мотекусома постоянно находился при деле, причем вдали от столицы у него не было возможности плести интриги против своего дяди.

Но переселение, сколь бы активно оно ни осуществлялось, могло лишь замедлить, но не остановить рост населения Теночтитлана. При этом главной потребностью огромного города оставалось значительное увеличение снабжения свежей чистой водой. Бесперебойная подача воды была налажена еще Мотекусомой Первым, который более полной вязанки лет тому назад провел в Теночтитлан акведук от чистых источников Чапультепека и одновременно возвел Великую Дамбу для защиты города от наводнений, вызываемых ветрами. Беда в том, что источники Чапультепека было невозможно убедить давать больше воды, чем они давали, а потребности города непрерывно возрастали. Во всяком случае, наши жрецы и кудесники использовали все возможные средства убеждения богов, однако их старания пропали втуне. Именно тогда Ауицотль и решил найти новый источник воды и послал все тех же жрецов, магов, а с ними и нескольких мудрецов из своего Совета обследовать прибрежные материковые земли. Боги ли им помогли, или что, но только они каким-то чудом обнаружили совсем недалеко от города неизвестный доселе источник, и Чтимый Глашатай сразу же вознамерился построить новый акведук. Поскольку этот, только что обнаруженный близ Койоакана источник оказался еще более мощным, чем на Чапультепеке, Ауицотль даже надеялся, используя его напор, устроить в Сердце Сего Мира фонтаны.

Правда, не все разделяли его энтузиазм, и нашелся человек, который настоятельно советовал проявить осторожность. Чтимый Глашатай Несауальпилли из Тескоко, когда Ауицотль пригласил того посмотреть новый источник и акведук, который он тогда только что начал возводить, выказал скептицизм. Моего мнения, разумеется, никто не спрашивал, а сам я, когда произошел разговор двух правителей, надо думать, возился дома со своей малышкой. Так что воспроизвести этот диалог могу лишь с чужих слов.

Так вот, говорят, что Несауальпилли якобы предполагал, что избыток воды может породить для города не меньше сложностей, чем ее нехватка, в доказательство чего приводил примеры из истории:

— Ныне, как и многие вязанки лет назад, Теночтитлан представляет собой окруженный водой остров, но так было не всегда. Давние предки мешикатль, впервые поселившиеся здесь, явились сюда с материка по суше. Да, наверняка им пришлось увязать в трясине и шлепать по лужам, но тем не менее они именно пришли, а не приплыли в Теночтитлан на лодках или плотах. К западу от нынешнего города, там, где теперь плещется озеро, находилась топь — огромный, поросший осокой заболоченный луг. Нынешний остров являлся всего лишь клочком более-менее сухой земли на краю трясины. Обосновавшиеся здесь люди, дабы наладить сообщение между строившимся городом и материком, проложили первые тропы, первоначально представлявшие собой лишь полоски утоптанной глины, чуть-чуть поднимавшиеся над уровнем топи. Впоследствии мешикатль уложили поверх глинобитных троп несколько слоев утрамбованного гравия и бревен, вбили сваи и уже на этом фундаменте возвели парапеты трех насыпных дорог, сохранившихся до сих пор. Эти насыпи, или дамбы, воспрепятствовали стоку болотных вод в озеро, уровень которого оказался несколько ниже, и вода в болоте стала подниматься.