Андрей Расторгуев - Атака мертвецов

Сибирякам пришла на помощь конница генерала Гурко, позволив отступить за реку и там сдерживать упорные наскоки немецких частей. Боковой авангард в точности выполнил свою задачу по обеспечению левого фланга корпуса, занятого наступлением на Ольшанку.

Напряжение сил достигло той крайней точки, дойдя до которой командиры корпусов уже намеревались прекратить изнуряющие атаки, отступить и закрепиться на выгодных рубежах. На счастье, в один прекрасный день в расположение 2-й Финляндской бригады въехал на автомобиле германский штабной офицер, лейтенант фон Лямпе. При нем помимо всевозможных напитков с закусками, которыми он пытался угостить русских офицеров, и целых тюков дорогого дамского белья с богатыми манто, собранными, по словам лейтенанта, им в Сувалках на подарок своей невесте, оказался приказ для сводного корпуса генерала фон Моргена – одной из частей, что действовала против сибиряков. Там говорилось:

«…Ввиду крайней важности удержания Сувалок…остановить во что бы то ни стало наступление русских от Августова… Иначе все погибло».

К приказу была приложена схема наступления на юг семи немецких колонн, брошенных на прикрытие общего отхода германцев. Этот документ убедил корпусных командиров продолжать наступление.

В конце концов, противник повсюду был сломлен и откатился на запад.

В один из дней начала октября, около восьми утра, к Осовцу со стороны Белостока подскочил небольшой конный отряд. Стоявшие в карауле солдаты подивились небывалой внешности всадников, доселе ими невиданной. По одежде вылитые черкесы, а на морду обычные русские мужики. Да и лаются по-нашему:

– Чего рты раззявили? Где старший?

Вызвали дежурного унтер-офицера.

– Доложи по команде, – сказал ему «черкес», который выделялся среди прочих белой папахой и такой же буркой, скрывающей погоны, из-за чего звания не разобрать, но похоже, он тут старший. – Его Величество Государь император едет в Осовец.

– Когда? – опешил унтер.

– Уже подъезжает, олух ты царя небесного! Докладывай скорее.

Сделав крюк, отряд взял в галоп и быстро скрылся в обратном направлении.

Унтер с растерянным лицом стоял и смотрел им вслед. Потом сорвался с места и кинулся к телефону.

Поднявший трубку офицер, в отличие от несведущего нижнего чина, бывал в Петербурге и там имел счастье лицезреть и царя, и его свиту. Потребовав описать всадников, сразу смекнул, что шутками здесь и не пахнет. Судя по всему, солдаты встретили Его Императорского Величества конвой. То есть… Сюда едет сам Государь!

Через несколько минут из крепости выбежал запыхавшийся комендант. Как раз подъезжала колонна военных автомобилей. В головном Шульман разглядел царя с генералом Сухомлиновым. Подскочил, когда они выходили. Взяв под козырек, взволнованно доложил:

– Ваше Императорское Величество, вверенная мне крепость Осовец занимается согласно боевому расписанию…

– Полно вам, Карл Александрович, – прервал его Николай, по-простому протягивая руку. – Ведите нас уже в крепость. Посмотрим, как пострадали вы от германцев.

– Пожалуйте, пожалуйте, – засуетился комендант, не зная, с какой стороны пристроиться к Государю. В итоге занял место справа и чуть позади, исподтишка показав кулак часовым, и без того вытянувшимся в струнку. – Прошу, Ваше Императорское Величество… Крепость в моем лице рада приветствовать Ваше Величество…

По дороге, немного придя в себя, Шульман заговорил более связно:

– Счастье-то какое, что вы здесь. Неделю тому к нам в санитарном поезде изволила прибыть-с Ея Императорское Высочество Великая Княгиня Виктория Федоровна. Раненых обошла, также осмотрела повреждения. Всех обворожила своей ласкою да словом простым. Панихиду с ней отслужили-с по убиенным, провели парад. «Спасибо» сказала. Мы здравицу провозгласили-с. А пасмурно было, и вдруг, можете себе представить, солнышко выглянуло и засияло так ярко-ярко. У гарнизона полнейший восторг. А теперь и вы нас посетили-с. Вот радости-то…

За разговором, обходя многочисленные воронки, приблизились к развалинам какого-то здания, полностью разрушенного. Лишь печные трубы стоймя торчат, и небольшой кусок стены уцелел.

– Что здесь было? – кивнул император.

– Один из лазаретных флигелей, – пояснил комендант, тут же поспешив успокоить: – Никто не пострадал, хоть раненых лежало преизрядно, а снаряд разорвался прямо в палате. Сестры милосердия успели всех вывести, пока пожар не разгорелся. Истинное чудо.