Наоми Френкель - Дом Леви

– А где Эрвин?

– Пошел по делам.

– По тем же делам?

– По тем же делам, – и глаза ее нервно замигали.

«Прошли годы, которые оставили немало морщин на моем лице, а ее лицо по-прежнему гладкое и взгляд также ясен, как и был… Нет, не как был, какой-то в глазах все же туман…»

Герда в кухонном переднике пригласила Гейнца сесть у стола. Беседа течет медленно, словно извивается между многими преградами. Всплыли воспоминания университетской юности, театральные спектакли, фильмы. Но о себе не говорили. Глаза Герды время от времени поглядывают на часы на стене, и Гейнц чувствует, что она рассеянно слушает его. «Ждет Эрвина», – думает он с завистью и не смотрит ей в лицо. Глаза его задержались на ее руках, положенных на стол – красные, шершавые. «Да, и на Герде отразились прошедшие годы». Тонкое обручальное колечко было единственным украшением. Герда, встала, и, чтобы скрыть смущение, предложила угостить его чаем. Она немного отяжелела после родов, но все еще была гибкой и проворной, как девушка, когда-то занимавшаяся спортом.

– А как здоровье младенца?

Герда улыбается и приглашает его в спальню. В углу ее стоит маленькая кроватка.

– Вот, – указывает она на ребенка, погруженного в глубокий сон.

В атмосфере спальни с двумя большими кроватями, стоящими рядом, изменилось настроение Гейнца, посмотрел на Герду, склонившуюся над кроваткой, и почувствовал то тяжкое нервное возбуждение, которое было когда-то. Оно не проходило, когда они вернулись в гостиную и уселись друг против друга. Среди груды разбросанных носков Герда поставила вазу, а в нее – букет лилий, принесенных Гейнцем.

– Может, ты все же выпьешь стакан чаю?

– У меня еще есть дела, – ответил он хриплым голосом.

Герда проводила его до дверей.

«Впереди у меня еще целый вечер. Куда деться?»

Река кишит лодками, как тогда, в дни юности. Фонари горят вдоль всего моста. Отражения огней мерцают в воде, как угольки. С лодок доносятся голоса, как дальнее эхо. Порыв ветра принес запах яблок.

Гейнц оперся о перила моста, прислушивается к голосам и шорохам. Облик стройной женщины обрисовался на одной из лодок. Он не может увидеть ее лица, но чем-то она притягивает. В далеко идущем воображении рисуется облик незнакомки на темной и тихой реке.

– Куда мне деться этой ночью? – обращается Гейнц к незнакомке, – дома сидит Эдит с отцом. Дверь к нему для меня закрыта. Ничего не осталось мне, кроме этого огромного города, наводящего на меня ужас. Звук шагов слышится за его спиной, и он поворачивает голову. Мужчина и женщина без единого звука проходят мягкой поступью. Гейнц смотрит им вслед, пока они не исчезают, и продолжает фланировать по тихим улицам.

Ночь в городе.

Доктор Ласкер одиноко сидит в гостиной семьи Коэн. Вот уже много часов он ожидает Беллу. Встает и начинает расхаживать по комнате. В доме никого нет. На стене картина, изображающая усатого мужчину – охотника с ружьем на плече. Каким образом прусский охотник очутился в доме продавца тканей Коэна? Терпение Филипп на пределе, он садится на красную софу. Комната вся в красном. Стулья обиты красным бархатом, на подушках вышиты цветы. Плюшевый попугай, с двумя черными жемчужинами глаз восседает на софе между подушек. Два шкафа по углам: один – стеклянный, и в нем выставлена фарфоровая посуда, серебряные и золотые изделия, другой, тоже со стеклянной дверью, заставлен книгами. Филипп делает усилие поразмыслить о господине и госпоже Коэн, об их литературном образовании, согласно книгам в шкафу.

– Добрый вечер, господин Ласкер.

Госпожа Коэн в комнате. Маленькие черные ее глазки похожи на стеклянные бусинки попугая. Филипп поднимается с софы, и госпожа Коэн торопится поправить подушки, порядок которых нарушен сидением Филиппа. Почему доктор потрудился прийти сюда второй раз? Она очень огорчена. Разве она не говорила Белле о просьбе доктора Ласкера связаться с ним? Конечно же, говорила, и не один раз. Без конца требовала от нее позвонить доктору Ласкеру, и теперь доктор видит сам, на что способна эта девчонка. И все это из-за Движения, которое сводит молодых с ума.

– Где же Белла? – прерывает Филипп поток слов, обрушившийся на него.

– Поужинайте с нами, доктор. Господин Коэн несомненно скоро придет и будет рад уважаемому гостю.

– С удовольствием проведу здесь вечер, – Филипп нервно щелкает пальцами. – Но, все же, быть может, госпожа Коэн скажет, где мне искать Беллу? Разве госпожа Коэн не знает, что Белла работает в моем офисе? И у меня к ней срочное дело.