— Я пойду, — сказал я Гале Кругляк.
— За ней побежал? Я тогда с тобой не буду в одной звездочке вожатой.
— Ну и не будь, — ответил я и побежал догонять Свету.
Мне еще машины мешали, потом трамвай ехал, и было никак не перейти улицу. А Света все уходила.
И я побежал быстро, как мог, чтобы ее догнать.
— Света! — кричал я. — Света!
Она услышала, но вместо того, чтобы остановиться, пошла еще быстрее.
Наконец я ее догнал. И она остановилась.
— Ты куда идешь? — спросил я.
— Никуда, — ответила она.
— А я хотел к тебе. Можно? С Барри поиграем.
— Нельзя. Я весь день буду делать уроки, а ты гуляй со своей подругой, — сказала она и быстрыми шагами пошла к своему дому.
— А завтра? — спросил я.
Но она даже не ответила.
* * *
Утром я шел в школу, и вдруг ко мне подбежали две первоклассницы.
Я сначала и не узнал их.
— Коля, за нами Арьев гонится! — крикнули они.
— Какой Арьев?
— Вон, за дерево спрятался.
Из-за дерева выглядывал тот рослый первоклассник, который хотел быть главным.
Малышки так и дошли рядом со мной до школы.
У крыльца нас догнал Арьев и сказал:
— Я все равно главным буду!
* * *
Я думал, что Галя Кругляк не будет со мной разговаривать из-за вчерашнего.
Я сел за парту рядом с ней и молчал.
Но она сразу попросила:
— Дай линейку, я свою дома оставила.
Я дал ей линейку, и дальше мы разговаривали, как обычно.
После уроков я поехал в магазин покупать звездочки для своих октябрят. Деньги мне дала на последней перемене их учительница.
До магазина надо было ехать две остановки на трамвае.
А рядом с магазином был кинотеатр.
И только я вышел из трамвая, как увидел маму.
Она стояла у кинотеатра и смотрела по сторонам.
Я в первую минуту подумал, что это она меня ждет, оставила дома записку, чтоб я в кино бежал. А я дома не был, потому что сразу из школы в магазин, и о записке не знаю.
Только выражение лица было у нее странное, я такого никогда не видел.
Вдруг мама заулыбалась и замахала рукой. И смотрела она не в мою сторону.
Тут я увидел Федора Матвеевича. Он тоже улыбался и шел очень быстро маме навстречу.
Они остановились, что-то сказали друг другу, мама достала билеты, и они вошли в кинотеатр.
А я так и остался стоять и все продолжал смотреть на дверь. И совершенно забыл, зачем я приехал. Потом я подошел ближе к кинотеатру и посмотрел афишу фильма. На ней было написано, что фильм только для взрослых.
Я повернулся и пошел домой.
Я прошел так больше остановки и все думал про папу, про маму и про себя.
Я шагал, ни на кого не глядя, и вдруг кто-то встал прямо передо мной.
Это была Галя Кругляк.
— Ты уже купил звездочки? — спросила она. И тут я вспомнил про магазин. — Покажи, какие купил. Красивые?
— Я еще не купил, — сказал я.
— Пойдем вместе, купим.
И мы пошли с ней назад к магазину.
Я еще боялся, что вдруг кино кончилось и мы наткнемся на маму и на Федора Матвеевича. Я поэтому все время всматривался в людей, которые шли навстречу, чтобы вовремя убежать.
Но потом я подумал, что кино ведь длится два часа и мы успеем даже домой вернуться до конца фильма.
В магазине Галя Кругляк выбрала самые красивые звездочки.
Я заплатил деньги, которые нам дала учительница первоклассников.
Потом мы шли назад, и Галя рассказывала, как она была недавно в гостях и участвовала там в пьесе, изображала принцессу.
— Я просто необыкновенная была принцесса! — повторяла она.
* * *
Когда я в субботу пришел из школы, дверь открыл Федор Матвеевич.
— Коля пришел, — сказал он весело. — А мы с твоей мамой работаем.
В комнате пела птица, красивым голосом. Она замолчала, как будто задумалась, потом снова запела.
Я заглянул за дверь — оказывается, это была не птица, а магнитофонная лента.
Федор Матвеевич как раз выключил магнитофон, и пение смолкло.
За столом сидела мама и записывала в нотную тетрадь это птичье пение — нотами.
Федор Матвеевич еще раньше говорил, что ему с друзьями музыкальное издательство поручило составить сборник лучших птичьих песен.
— Только я нотной грамоты не знаю, — жаловался он.
И теперь мама ему помогала.
Потом мы пообедали все втроем, и Федор Матвеевич рассказывал смешные истории о своей работе.
У них в цехе есть рабочий — Никифоров. Он раньше ежедневно опаздывал, и ему цеховой комитет к каждому празднику дарил будильник. У него собралось восемь будильников. Теперь он не опаздывает, потому что кончил вечернюю школу и спит нормально. Теперь будильники ему не нужны. Он их принес назад, поставил на полку в цехе и каждый день заводит. И они все хором звонят, когда начинается смена.
Читать дальше