Сфинкс - Паутина

В кухню вошел сонный Гарри. Он казался отдохнувшим, глаза из-за очков смотрели спокойно, без того надрыва, что был в этом взгляде после похорон Джинни.

— Доброе утро, папочка, — Лили обняла отца и поцеловала в щеку. — Садись, я приготовила тебе завтрак.

Гермиона смотрела, как девушка суетится вокруг отца, подавая ему салфетку, тарелку, наливая кофе. Женщина рассеянно намазала себе бутерброд.

— Спасибо, Лил, — Гарри мимолетно приобнял дочь за пояс, а потом приступил к еде. Лили села напротив отца и смотрела, как он ест.

— Ребята, вы бы поторопились, вас ждут в школе, — напомнила Гермиона, покончив со своим тостом, и поднялась, чтобы налить себе чая. Те одновременно кивнули, но ничего не ответили. — Профессор МакГонагалл лишь ненадолго раскроет камин, чтобы вы могли попасть в замок. Вы же знаете, что сейчас в школе повышенная степень защиты…

— Гермиона права, — заговорил, наконец, Гарри. Лили взглянула на отца, потом поднялась, подошла к нему и обняла.

— Папа, может, нам остаться? Мы потом сможем догнать однокурсников…

— Нет, Лили, мы об этом уже говорили, — покачал головой Гарри, накрывая ее руки своими. Гермиона была согласна с другом — дети ничем не помогут здесь, только будут причинять еще большую боль Гарри и большее беспокойство. А в Хогвартсе они будут в безопасности.

Лили покорно кивнула, поцеловала отца в черную макушку и покинула кухню. Джеймс, так ничего и не сказавший, отправился за ней. Воцарилась тишина. Гарри в упор смотрел на свою тарелку с недоеденным завтраком.

— Она впервые сделала мне любимую яичницу, — растерянно пробормотал мужчина, поднимая глаза на подругу. — Зачем?

— Думаю, она пытается показать, что даже без… Джинни о тебе есть кому позаботиться. Чтобы ты не чувствовал себя одиноким, — пожала плечами Гермиона, опираясь спиной о стойку.

Гарри горько усмехнулся:

— Нормально. Ведь это я должен заботиться о них, а не они обо мне.

— Они любят тебя, Гарри. И беспокоятся. И… они видели тебя на кладбище, — тихо добавила Гермиона. Гарри вздрогнул, и женщина даже пожалела, что сказал это.

— Ладно, — он поднялся и рассеянно запустил руку в растрепанные волосы. — Я пойду, потороплю их.

Гермиона кивнула, провожая взглядом друга. Как же все непросто! А ведь есть еще Рон. Гарри как-то спрашивал о нем, но Гермиона смогла расплывчатыми фразами описать все, чтобы друг не беспокоился еще и об этом. После похорон же Поттеры вообще мало о чем говорили, каждый в себе переживая свое горе.

Гермиона залпом допила чай, поставила чашку в раковину — она тут же начала мыться сама — и поднялась в спальню. Ей нужно было успеть зайти на работу — Кингсли зачем-то вызвал ее к себе.

Когда женщина спустилась, у камина стоял один Гарри — с видом, будто только что остался без чего-то важного.

— Они уже уехали? — изумилась Гермиона, глядя на гаснущее в камине пламя. Гарри лишь кивнул, подходя к дивану и опускаясь на него. — С Альбусом попрощались?

Гарри снова кивнул, и Гермиона с небольшой обидой подумала, что с ней-то они и не подумали попрощаться.

— Гермиона, спасибо тебе, что приняла нас…

Она удивленно подняла на друга глаза.

— Гарри, ты же наш с Роном друг! Мы всегда рады тебе и твоим детям.

— Я знаю, — он не смотрел на нее. — Как там Рон? Почему его не выписывают?

— Обследуют, — туманно ответила Гермиона. Она ожидала еще вопросов, подозрительности со стороны Гарри — ведь тот видел Рона на похоронах, но мужчина лишь кивнул. Одним этим можно было определить состояние Гарри как апатию. Он никогда не был таким невнимательным к лучшему другу. — Ладно, мне нужно идти. Чувствуйте себя с Алом, как дома.

Гарри снова кивнул. Гермиона тяжело вздохнула и тоже шагнула в камин, сказав пароль для проникновения в сеть Министерства. Со времени нападений на Поттеров меры безопасности усилили везде, где только можно.

Гермиона пересекла Атриум и вошла в лифт. Мысли о Гарри и его детях были вытеснены мыслями о Роне. Думала ли она, что когда-нибудь станет женой оборотня? Причем не просто оборотня…

Вышла из лифта и поспешила по коридору к офису мракоборцев, где ее почему-то ждал Кингсли.

Она подавляла в себе панику от того, что впервые не знает, как себя вести с мужем. С самым близким, самым родным.

Рон. Такой теплый. Иногда совершенно невыносимый. Иногда до предельности милый. Бестактный, но заботливый. Пытающийся быть серьезным, но совершенно в этом не преуспевший даже за годы взросления.