Георгий Струмский - Наско-Почемучка

«Болгария.

Село Струмское.

Для Наско-Почемучки».

Третье письмо было из Софии. От одного парнишки, который был таким же любознательным, как Наско-Почемучка, только звали его Колька Сколько. Он где-то слышал про Наско-Почемучку и обязательно захотел с ним познакомиться. Четвёртое письмо пришло из Варны. Один мальчишка писал, что его тоже зовут Атанас, а прозвали Наско-Почемучка. И поэтому он хотел получить фотографию своего тёзки. А ещё он приглашал нашего Наско в гости. Потому что Варна расположена у моря, а это самое интересное: в море тысячи разных рыб, и огромные пароходы, и штормы, и ветры дуют с разных частей света.

Мы ещё читали письма, а грузовик уже выезжал из деревни.

На поворотах нас бросало то вправо, то влево и подбрасывало на рытвинах. Две стройные берёзки в зелёных шапочках и в белых платьях в чёрную крапинку гляделись в Струму. Их лёгкие тени лежали на воде, и казалось, что у каждого дерева и в воде есть ещё один ствол и красивая зелёная крона. Потом река резко сворачивала к югу. Я бросил в воду ивовую веточку — пусть река отнесёт её в виде привета куда-нибудь далеко, может до Белого моря.

Дописываю последние строки, положив бумагу на колено.

Каникулы — время отдыха. Поэтому я думаю, что пока я кончу свой рассказ про Наско-Почемучку и нашу дружину. Грузовик, пыхтя, взбирается по серпантину дороги в горы.

Милчо Техника всё оборачивается назад. Взгляд у него испуганный. Он всё хочет за холмами разглядеть свою маму, потому что он первый раз уехал из дому один. Цветанка, как ей и велели, кутается в шаль и держит на коленях ранец, полный провизии. Латинка, стиснув под мышкой альбом, зачарованно глядит на остающиеся позади поля, которые пестреют, точно огромная палитра Мастера. Взгляд её чёрных глаз точно впитывает в себя и старается удержать самый разный цвет — и синеющие всходами поля, и золото уже расцветших подсолнухов, и распаханные холмы. Все цвета, которыми богаты деревья, точно растворяются и торжественно текут по водам Струмы, чтобы потом слиться в глазах у Латинки.

Данчо изо всех сил дует в серебристый пионерский горн, и дали отвечают ему многоголосым эхом.

Я сижу на ящике с походной радиостанцией, а на ладони у меня лежит компас. Он безошибочно показывает дорогу во время интересных и опасных путешествий в горах. Его стрелка покачивается, как живая, ни на минуту не успокаиваясь.

Наско кидает новые письма в карман, туда, где уже лежит письмо про черепаху и письмо от Главного конструктора. Он положил руку на моё плечо и смотрит вперёд.

Осогово растёт и уже обнимает нас со всех сторон. Кусты расцветают первыми робкими цветочками. Деревья прислушиваются к песням своих жизнерадостных обитателей, ловят вершинами солнечные лучи, не хотят позволить солнышку уходить на запад. Слышится приглушённое постукивание дятла. Руен прячет свою голову в белых облаках.

В голове у Наско роятся новые вопросы и спешат сорваться с губ.

Почему дым поднимается клубами?

Почему облака не падают на землю?

Почему осины дрожат даже тогда, когда нет ветра?

Почему у водопада пена белая?

Почему листья плоские и тонкие?

Почему в густом лесу деревья более тонкие и прямые?

Где рождается эхо?

Что находится по ту сторону горизонта?

А я вглядываюсь в приближающиеся таинственные горы, гляжу на Наско и, замирая, думаю о наших будущих приключениях.

Я знаю, что мой друг, так же как и я, любит спорить и играть в шахматы до потери сознания. Но в отличие от меня он не любит откладывать сегодняшние дела на завтра.

И сегодняшние вопросы тоже.

Мы уже четвероклассники.

Перед нами — огромное бесконечное лето.

А сколько вопросов задают те, кому уже исполнилось двенадцать? Может быть, ещё больше нас. И нам скоро будет двенадцать. Наско-Почемучка глубоко вдыхает свежий воздух, морщит лоб, пригибается, чтобы не так хлестал в лицо встречный ветер, и глядит на тонкий дымок, который вьётся над каким-то далёким домиком и, извиваясь, превращается в вопросительный знак.

Этим летом оказался я в пионерском лагере «Три бука» в Осоговских горах. На краю большой поляны расположились белые домики. Они глядели на восток глазами-окошечками.