Виктория Борисова - Просто приворот

Василий почти бежал по бульвару, а вслед ему несся издевательский смех и похабные шуточки:

— Ну ты, Тигра, напугала чувака! Вдруг он еще девственник!

— Ага, а еще трезвенник и язвенник!

— А может, он мальчиков любит?

Василий сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Когда развеселая компания осталась далеко позади, он замедлил шаг и без сил опустился на скамейку.

Все удовольствие от прогулки, от ясного и теплого летнего дня было напрочь испорчено. Пот струился по лицу, руки и ноги противно дрожали. Спокойно, только спокойно…

Пытаясь справиться с накатившим волнением, молодой человек старался дышать размеренно и глубоко, а про себя вновь и вновь твердил запавшие в память строки из Екклесиаста: «И нашел, что горче смерти женщина, потому что она — сеть, и сердце ее — силки, руки ее — оковы; добрый пред Богом спасется от нее, а грешник уловлен будет ею».

Обиднее всего было ощущать собственное бессилие. Да, он делает все, что может, но не дано ему переделать этот мир! Это все равно что муравью перетаскать по песчинкам высокую гору. Скольких бы явных и тайных колдуний и их пособниц, погубивших свои души, он ни уничтожил, все равно их много, слишком много…

Просто руки опускаются!

Иногда в минуты слабости, вот как сейчас, например, Василий думал над тем, почему случилось так, что именно ему предназначено было стать охотником за ведьмами, их судьей и палачом — возможно, последним на земле. Может быть, вся его жизнь была только предисловием, подготовкой к той великой миссии, которую теперь приходится выполнять?

Жарким летом восьмидесятого года Москва принимала Олимпийские игры. Это было важное политическое событие, призванное не столько выяснить, кто из спортсменов быстрее бегает или выше прыгает, сколько продемонстрировать всему миру преимущества самого передового социалистического строя.

Власти старались как могли: ограничили въезд в город, чтобы «колбасные» электрички из Рязани или Калуги не позорили лицо столицы очередями страждущих заполучить батон колбасы за два двадцать, предусмотрительно выселили за сто первый километр всех подозрительных элементов, на прилавках магазинов появились дефицитные товары и продукты. В стране победившего социализма, где все делается исключительно на благо человека, иначе и быть не может…

В тот день, когда переводчица Нелли Гаршева — отличница, спортсменка, комсомолка и просто красавица — должна была сопровождать делегацию из Алжира на обзорную экскурсию по городу, ей слегка нездоровилось с самого утра. Нелличка находилась на седьмом месяце беременности, до декрета ей оставалось совсем недолго. Можно было бы, конечно, и бюллетень взять, но в те короткие дни Олимпиады хороших переводчиков отчаянно не хватало. На собрании коллектива было сказано четко: никаких отпусков, больничных, отгулов и прочих отговорок! Дело важное, политическое, это понимать надо. Вот закончится Олимпиада, разъедутся гости — тогда пожалуйста, сколько угодно, можешь хоть вообще не выходить до самого декрета.

И Неля, как сознательная девушка, все понимала правильно. Надо так надо… В конце концов, она же советский человек! Да и самой было ужасно интересно поработать с настоящими иностранцами. Когда еще выпадет такой случай?

Несмотря на легкую слабость, в то утро настроение у Неллички было отличное. В самом деле, чего еще желать? У нее в жизни все складывалось замечательно, просто разыгрывалось как по нотам! Есть семья, где ее холили и лелеяли. Папа, отставной генерал КГБ, просто надышаться не мог на обожаемую дочку, а мама, всю жизнь проработавшая в ЦК профсоюзов, хоть и была с ней строга временами, но тоже любила.

Всего два года назад Нелли закончила с отличием институт иностранных языков, теперь у нее есть интересная работа, а в перспективе — загранкомандировки, служебный рост, общение с интересными людьми…

А год назад произошло знаменательное событие — Неля вышла замуж. Любовь была ну просто как в кино! Стасик носил ее на руках, дарил цветы, стоял под балконом… Подумав о муже, она улыбнулась кокетливо и нежно, поправляя непослушный локон. Его красивое лицо, его сильные руки, просто сводили с ума. Пусть давно миновал медовый месяц (молодые провели его в Юрмале), а Неля была влюблена, как в первый день. Ее Стасик — лучше всех на свете, самый умный, самый красивый, самый талантливый!

Конечно, он приехал из провинции, закончил физкультурный институт, и пусть мама презрительно морщилась от его манер и часто повторяла что-нибудь вроде «это человек не нашего круга», но папа только позвонил кому надо (а влиятельных знакомых у него немало) — и вот, пожалуйста! Стасик шустро двинулся по карьерной лестнице и за три года успел дорасти до второго секретаря райкома комсомола.